Странное дело, но Рам испытал намного меньше удивления, оказавшись в заточении в Ак-Барре сразу по возвращении сюда, хотя никак не ожидал подобного «быстрого реагирования» от своих недругов. В нем все бурлило и клокотало от бешенства. Но внешне он очень скоро взял себя в руки и под напускным спокойствием обдумывал, что должен делать. Ни слова о своих приключениях в Кадеке он не рассказал, как и о готовящемся нападении. Что-то внутри подсказало ему придержать эту тайну.
Петли дверей заскрипели, хлопнули засовы. Тюремщик почтительно приветствовал кого-то. Рам мысленно сказал себе: «Она пришла!» Легкие шаги раздались и замерли рядом с дверью в его темницу. Пленник открыл глаза и повернул голову. Лицо царевны бледно виднелось через крохотное окошечко.
- Ты даже не отважишься войти, царевна Кама?- спросил Рам, спуская ноги на пол и поворачиваясь к двери.- С каких же пор я внушаю тебе столько страха?
- С тех пор, как стала приводить наемников для войны с собственным городом.- ответила царевна.
- И у кого-то есть неопровержимые доказательства этой лживой сплетни?
Кама смолчала. Доказательством пока что служило лишь неблагоприятное мнение о нем.
- Я так и думал-закусил он губу.- Если всем: особенно тебе и твоему отцу так хочется избавиться от меня, неужели обязательно надо придумывать столь глупые оправдания? Или вам настолько важно оставаться чистыми хотя бы в собственных глазах?
- Ты позвал меня, чтоб я слушала твои обвинения?- спросила царевна, приподнимая брови.
- А ты считаешь, царевна, что несправедливость я должен снести молча?
- Инквизитор Балик, я уверена, во всем разберется.- ответила царевна.- Если ты невиновен в этом преступлении, свобода будет тебе возвращена.
- Свобода? А как же мои права? А бесчестье мне нанесенное одними только подозрениями? Хотя какое тебе дело? ты можешь быть справедливой даже к бродяге, но не ко мне.
- Много пустых слов.- прервала царевна.- Вижу, мне не стоило приходить. Ты утверждаешь, что не имеешь за собой вины. Но как верить тебе, если твоя мать пыталась отравить избранных?
- Ты можешь не любить меня, царевна. Но знай, руку ты хочешь отдать самозванцу. Тот, кого зовут Дином, и тот, кого зовут Табо, никакие не избранные. Где бы они ни достали драгоценную реликвию – они не взяли её там, где она изначально была положена. Потому что из Озера Мертвых драгоценность добыл я!
Кама невольно вздрогнула. Страшную легенду об этом озере, она, как и большинство её соотечественников, знала с детства. И на человека, побывавшего там, смотреть по-прежнему не получалось. И мысль о его подвиге надсадно грызла.
- Избранные должны были принести реликвию в город. Они сделали это.- сказала она, прогоняя сомнения и предчувствия.- Если ты вмешался с целью помешать - тебе не удалось. Воля богов свершилась.
Рам глубоко вздохнул. Он слышал теперь из её уст то, что не оставляло надежды доказать что-либо словами. Она легко сочла волей богов поразившую его странную немочь на арене. И теперь без колебаний отдавала его подвиг чужакам. Рам окончательно понял кое-что, о чем вслух говорить не стал, только бросил с презрением и сожалением:
- И все же знай, царевна, ты доверяешься самозванцу! Смотри, не жалуйся, что тебя не предупредили об этом, когда правда станет очевидна всем, а ты предстанешь обманутой или даже обманщицей.
Кама даже отвечать не стала. Её лицо в окошке, мелькнув, исчезло. Раздался легкий удаляющийся шорох шагов, и лязгнули где-то засовы двери.
Рам сам через тюремную стражу сумел передать Каме просьбу о встрече. Теперь все выяснено. Все понятно. Это был миг, когда Рам искренне жалел, что отверг предложение Конека.
***
Стремление не только рядовых обитателей города, но и его элиты с царевной во главе как можно скорее упрочить положение избранных, подгоняло события. И к свадьбе подготовились так быстро, что у Дина-бедняги даже времени не оставалось обдумать возможный план побега.
И его, и Табо буквально с головой захлестывала атмосфера ликования и почета. А глаза царевны и Брийи так и пронизывали сиянием любви. Зулус целиком поддался эйфории момента. А Дин рядом с ним выглядел подавленным и рассеянным, отчего тень тревоги ложилась порой на прелестное личико царевны. Кама не делилась опасениями даже с подругой, потому что не хотела в них никому признаваться. Хотела верить, что все сбылось, что ниспосланный ей богами не может её не любить.
- Ты только подумай!- Табо как будто летал, земли не касаясь.- Царевна сказала, что я буду назначен старшим летописцем! Я смогу прочесть и упорядочить историю города с самых древних времен!
Взгляд Табо случайно попал на лицо Дина, и счастливый зулус запнулся.
- Что за вид у тебя?- спросил он с досадой.- Ведь у нас все получилось!
- У тебя, наверно, получилось. А я как-то совсем не этого хотел.
- А чего же ты хотел?
- Не делай вид, что не знаешь! Я хочу отсюда уйти!
- Но ты не можешь этого сделать теперь!- возразил Табо горячо.- Эти люди верят в нас! Кама любит тебя! Да любой был бы счастлив жениться на такой прекрасной девушке!