Так и не сказав, чего же она боится, Брийя покинула покои царевны, чтоб не растравлять её горе своими страхами. Переписчица никак не мог вытеснить из памяти взгляд верховной жрицы и ухмылявшуюся рожу Отека, передававшего ей требования обязательно быть на совете. По одной только этой роже можно было предугадать, что ей, Табо, Каме готовится неприятный сюрприз. Она не пожалела ни на секунду ни об одном из своих отчаянных поступков. Она любила Табо, и ради него пошла бы на всё, ради неё он остался в городе. И бояться сейчас Брийя могла лишь за него. Настало время реванша верховной жрицы, тут нет сомнений, как и в том, что ба Кабет не знает пощады к своим недругам.
***
Путь к храму Оракула не такой уж близкий, но у Балика в распоряжении были самые резвые верблюды в городе. Он выехал, как только услышал о переломе в состоянии лорда Рама, и теперь его мысли полностью занимала другая загадка.
Положение Балика делало его особой привилегированной даже в общении со служителями Оракула, хоть тут его полномочия всё же были ограничены. Оттого Балик рассчитывал не на свою власть, а на свой авторитет и дружеское расположение, которым пользовался в Храме.
Мудрая Исат, как и предполагалось, не отказала в аудиенции инквизитору. Даже рада была видеть его. Он ухитрился первым доставить ей последние известия, и цепкий его взор отметил, что хранительница явно испытала радость и облегчение.
- Ты доставил добрые новости, Балик.- молвила она с благодарностью.- Но мне кажется, ты не только ради этого хотел увидеть меня?
- Твоя прозорливость достойна твоего титула, мудрая Исат.- развел руками Балик.- До меня дошли сведения, которые я не могу для себя истолковать.
- Слушаю тебя.
Балик старался сохранять на лице выражение спокойной и почтительной благожелательности, но на самом деле пристально вглядывался в хранительницу, замечая каждую черточку, каждый жест, говорящий о подлинных её чувствах.
- Речь о человеке, которого я лично никогда не видел, но много слышал о нём. Окрестные племена прозвали его Охотником Сеххом. И этот человек принимал участие в сражении с войском Кадека.
- И пал в бою, как герой.- закончила мудрая Исат, ничем не показывая, что это событие лично её как-то особенно взволновало.- Я знаю о нём. Он изгнанник, но сердце, как оказалось, сохранило верность священной Ак-Барре.
- Его гибель, согласно моим сведениям, была сопряжена с преступлением.
- Чьим?- довольно резко спросила Исат, и Балик отметил это.
- Не знаю. Потому и хочу разобраться. От пустячной раны сильные и закаленные мужчины не умирают. А в лесу нашли вот это.
Балик показал пузырек, который ему отдала Эфред.
- Отравленная стрела в спину. Он мешал кому-то.
Исат протянула руку и взяла пузырек из-под яда. На лице у неё не прочесть было удивления, смятения, раздражения.
- Охотник Сехх не был гражданином Ак-Барры.- сказала она.- Расследовать его гибель — не входит в твои обязанности, инквизитор. Не утруждай себя.
Балик понял, что ему не скажут ничего более. Он перевел разговор на другие волновавшие сейчас город темы и вскоре распрощался. Хранительница знает больше или знает всё. На чьей же она стороне?
***
Советники шушукались, ожидая царя, верховную жрицу и ба Амона. Молчал только советник Кут. Подобно изнывающим от дурных предчувствий Табо и Брийе, мудрый старец понимал – ба Кабет рвется обеими руками вцепиться в ускользнувшую было власть. И она полна радужных надежд – это сомнений не вызывало, достаточно глянуть, как блестят её глаза.
Царь, верховная жрица со жрецом заняли свои места, тем самым открыв заседание совета. Первым выступил советник Кут, поведавший, как обстоят дела с возвращением города к мирной жизни, укреплением обороны на случай повторного нападения, обеспечением жителей пищей, водой и всем необходимым, каков ущерб хозяйству и т.д.Старый Кут прекрасно знал, как легко впадает в панику и уныние слабохарактерный Нерада, а сейчас это нужно менее всего.
- Трудности велики, ваше величество, но у нас есть силы преодолеть их.- закончил советник свой доклад.
- Я знаю, что город доверен надежным рукам.- рассеяно ответил царь.
- Не уверена, что достаточно надежным.- сразу же перехватила инициативу ба Кабет. - Меня не так давно обвиняли в измене. Измена во дворце, под самым носом царя, действительно свила гнездышко.
Она, считай, не слушала Кута, потому что заседание это, созванное по её настоянию, затеяла не ради всеобщих проблем, а с личной целью.
Верховная жрица поднялась, тем самым, прося дать ей слово. Нерада кивнул в знак позволения, и советник Кут, еле сдержав тяжкий вздох, опустился на своё место.
- Совету да станет известно,- заговорила верховная жрица.- что военные события помешали мне раньше сообщить о фактах, имеющих необычайно важное значение. Фактах, касающихся появления в городе так называемых «акбарри».
Кама, Брийя и Табо обменялись полными тревоги и горечи взглядами. А верховная жрица продолжала: