— Я бы с удовольствием приобрела нубер, но к сожалению, в Алтале он работать не будет, — покачала головой Вика.
— В Алтале? — переспросила женщина. — Жрецы хотят вернуть вас в Алталу?
— Не жрецы, — возразила Вика. — Я сама хочу вернуться в Алталу.
Глаза у женщины округлились, она отшатнулась и замерла, прижимая руку к сердцу.
— Да вы что?! Хотеть вернуться в Алталу, когда твой дом в Эвере?!
— Вообще-то мой дом в Алтале. Я родилась там. А Эвер даже не видела, — Вику немного рассердило, что собеседница на неё давит.
— Погоди, моя дорогая. Давай разберёмся. Я признаться не очень осведомлена, как жрецы создают воплощённых, но некоторые моменты знаю точно. Ребёнок в Алтале должен родиться с плохим здоровьем, с волшебным даром и обязательно в неблагополучной семье, чтобы расстаться с ней без сожалений, когда придёт время. Эти условия обязательны для всех воплощённых, иначе ничего не получится.
Про неблагополучную семью, Вика слышала впервые. Рей ничего об этом не говорил. Может потому что с её семьей жрецы промахнулись — очень даже благополучная и дружная оказалась, если не считать капризную Машу.
— И ты хочешь вернуться в этот ужас?! — собеседница не верила своим ушам.
— Мне кажется у вас несколько искажённое представление об Алтале, — нахмурилась Вика. — Нет там никакого ужаса. И семья у меня замечательная и очень дружная.
— А как же здоровье? — не унималась женщина.
— Индекс здоровья у меня восемьдесят шесть баллов из ста. Тоже вроде неплохо.
— Странно, — собеседница лукаво улыбалась, будто не верила словам Вики. — И что жрецы сказали, когда вы решили вернуться в Алталу?
— Мой агент предупредил, что жрецы отнимут у меня волшебный дар и сотрут память о пребывании в этой клинике.
— Да, — согласилась женщина. — Я слышала об одном таком случае. Молодого человека вернули в Алталу, забрали у него дар и стёрли память. Больше о нём никто ничего не слышал, — женщина многозначительно кивала головой, глядя на Вику. — И вы готовы пожертвовать волшебным даром и памятью ради того, чтобы жить в Алтале, а не в Эвере?!
— Готова, — кивнула Вика.
— Не знаю даже геройский это поступок или крайне необдуманный, — женщина пожала плечами. — Впервые встречаю такую безрассудную целеустремлённость. Тем более, что вы даже не знаете от какого чуда отказываетесь.
Вот посмотрите, — сказала собеседница и открыв свой планшет, начала перелистывать картинки с живописными горными, морскими и городскими пейзажами.
Природа и архитектура на этих кадрах действительно были сказочно красивы. А люди на фото улыбались, смеялись и дурачились.
— А это моя семья, — собеседница начала перечислять родственников, перелистывая картинки. — А это мы в ресторане мой день рождения отмечали. Здесь мои родственники, дети и внуки, — показала женщина помпезный зал с колоннами, длинными столами, разноцветными блюдами и огромным количеством гостей. Человек триста наверно, если не больше. И все такие радостные, счастливые.
— Как вы думаете, сколько лет мне исполнилось? — кокетливо спросила собеседница.
Вика растерялась.
— Ой! Я плохо возраст определяю. Всегда ошибаюсь, — попыталась она увильнуть от ответа.
— Ну, примерно. Сколько вы думаете? — женщина триумфально приосанилась уверенная, что девушка ни за что не угадает.
Вика бегло пробежалась взглядом по мелким морщинам на лице, немного запавшим глазам, дряблой коже на руках и ногах.
— Лет семьдесят, — робко предположила Вика, уверенная что, промахнулась и обидела свою добродушную собеседницу. Вдруг она гораздо моложе?
Женщина в ответ радостно рассмеялась и погрозила пальцем.
— Вы мне льстите. Месяц назад мне исполнилось двести тридцать пять лет.
«Двести тридцать пять лет?!» — у Вики дар речи пропал. Она замерла забыв, как дышать.
— Я знала, что вы не угадаете, — улыбнулась собеседница и продолжила, как ни в чём не бывало листать фотографии своей семьи. — А это, все восемь поколений моих внуков, — женщина повернула к Вике изображение, где она сама сидит в первом ряду, рядом две её дочери и три сына, тоже в первом ряду, а за ними восемь рядов внуков.
— Обалдеть, — только и смогла произнести ошарашенная Вика. — Вы наверно знаменитость в Эвере?
— Да, — кивнула женщина. — Я министр образования королевства Лагрор, профессор и доктор педагогических наук с двухсотлетним стажем. Часто выступаю с открытыми лекциями на широкие аудитории. У меня своя передача на популярном канале, с двадцатью миллионами слушателей.
Челюсть у Вики падала всё ниже и ниже.
— Кстати, я так и не представилась, меня зовут Шимира Чалат. А как ваше имя, позвольте узнать?
— Вика Одинцова, — прошептала Вика, немного подавленная авторитетом собеседницы.
— Я вижу, вы несколько обескуражены моей биографией и возрастом. Но в Эвере многие живут по двести лет и более. Мой старший сын в следующем году отметит двухсотлетний юбилей. А младшему сыну, который работает главврачом в этой клинике, в начале года исполнилось сто восемьдесят лет. В Алтале, я слышала продолжительность жизни чуть ниже, поэтому вы так удивлены?
— В Алтале продолжительность жизни раза в три ниже, — ответила Вика.
