«Первая пытка был кнут — толстая, ременная полоса в палец толщиной и в пять локтей длиною. Преступнику связывали назад руки и поднимали вверх, потом связывали ремнем ноги; палач садился на ремень и вытягивал тело так, что руки выходили из суставов и становились вровень с головою, а другой палач бил по спине кнутом. Тело вздувалось, лопалось, открывались язвы, как от ножа. Уже Стенька получил таких ударов около сотни, и уж, конечно, палач не оказывал состраданья к такому подсудному, но Стенька не испустил стона. Все стоявшие около него дивились.
Тогда ему связали руки и ноги, продели сквозь них бревно и положили на горящие уголья. Стенька молчал.
Тогда по избитому, обожженному телу начали водить раскаленным железом. Стенька молчал.
Ему дали роздых. Принялись за Фролку. Более слабый, она начал испускать крики и вопли от боли.
— Экая ты баба! — сказал Стенька. — Вспомни наше прежнее житье; долго мы прожили со славой; повелевали тысячами людей, надобно ж теперь бодро переносить и несчастье. Что это, разве больно? Словно баба уколола!
Стеньку принялись пытать еще одним родом мучений. Ему обрили макушку и оставили виски. “Вот как! — сказал Стенька брату. — Слыхали мы, что в попы ученых людей ставят, а мы с тобой простаки, а и нас постригли”.
Ему начали лить на макушку по капле холодной воды. Это было мучение, против которого никто не мог устоять; самые твердые натуры теряли присутствие духа. Стенька вытерпел и эту муку и не произнес ни одного слова.
Все его тело представляло безобразную багровую массу волдырей. С досады, что его ничто не донимает, начали Стеньку колотить со всего размаха по ногам. Молчал Стенька...»
Несмотря на его полное молчание, все же Стенька был приговорен к смерти. Сидя в тюрьме и дожидаясь казни, он, говорят, сложил про себя песню, где просит, чтобы его похоронили на распутье трех дорог. Это та самая песня, которую мы привели в легенде о Робине Гуде.
Фролка, который был приговорен к пожизненному тюремному заключению, тоже сложил про себя песню, в которой изливает свою тоску:
В народных же легендах конец Стеньки передается несколько иначе. Рассказывают, что после того, как Стенька сбросил с колокольни митрополита Астраханского, его за такое злодеяние на семи соборах прокляли. Товарищи, узнав, что его на семи соборах прокляли, все отступились от него и, связав, отправили в Москву. В Москве его заковали в кандалы и посадили в тюрьму. Но Стенька коснулся до кандалов разрыв-травой, и кандалы сами собой спали. Потом Стенька взял уголек, нарисовал на стене лодку с веслами, сел в нее и разом очутился на Волге. Однако больше гулять и грабить ему не пришлось. Волга отступилась от него, не приняла его и земля. Так живет он до сих пор, отринутый небом и землею. Многие из простого народа до сих пор боятся произносить его имя, так как уверены, что он может невзначай подслушать их. Говорят, он бродит по горам и лесам, помогая беглым, к которым когда-то принадлежали его товарищи; говорят также, что он сидит где-то в горе и мучается за совершенные им преступления.
