Дворец Тенорио, в котором жила сестра Дон Жуана Тереза, в 1370 году был обращен в женский монастырь святого Леандра, существующий и поныне. Вот почти все исторические данные, которые можно найти в севильских хрониках о роде Дон Жуана Тенорио.
Кроме этого, в Испании сохранились еще до сих пор разные предания и обычаи, имеющие отношение к Дон Жуану. Еще и теперь жители Севильи показывают иностранцам дом Дон Жуана, где он предавался разврату и где его, наконец, задушил черт. На улицах Севильи даже в наши дни можно купить летучие листки, в которых рассказывается легенда о Дон Жуане в форме испанских романсов.
Дом, который показывают иностранцам как принадлежавший некогда Дон Жуану, находится в уединенном уголке Plaza de la Feria; он довольно поместительный и принадлежит в настоящее время графскому роду Монтихо и Теба.
Люди, побывавшие в Испании, уверяют, что легенда о Дон Жуане настолько укоренилась в народе, что вызвала даже некоторые обычаи. Так, Левальдс в своих мадридских письмах рассказывает следующее: «Известно, что Дон Жуан Моцарта, Мольера и Байрона происходит из Испании, но, может быть, немногим известию, что на родине его еще очень хорошо помнят и память о его делах до сих пор живет в народе. Каждый год на масленице во вторник устраивается процессия, во время которой несут Дон Жуана, с головы до ног одетого во все белое, коленопреклоненного на белой подушке; сперва его обносят вокруг площади, где происходит бой быков, а затем на Прадо. По-видимому, это должно означать, что знаменитый севильский грешник при жизни не успел покаяться в полной мере и доканчивает покаяние всенародно теперь».
Другая, еще менее понятная церемония происходит в среду на первой неделе Великого поста. Дон Жуан, одетый во все черное, со связанными ногами кладется на спину на носилки, и в таком положении его несут по улицам. В сложенные накрест руки ему вставляют сардинку; за носилками следует целая толпа духовных и мирян с зажженными свечами. Процессия с большой пышностью двигается по направлению к довольно отдаленному от Мадрида каналу. Здесь мертвый снова воскресает, и остальное время дня проводится в веселом кутеже. Эта церемония называется Enterrar la sardina (погребение сардинки). «Я, — пишет Левальдс, — осведомлялся, что означает этот обычай, и получил следующий ответ: “Это у нас такое обыкновение”; и когда я спросил, почему, мне ответили: “Потому!” После такого ответа я ничего не мог больше требовать и предоставляю читателям самим разбираться в значении этого обычая. Быть может, для духовных этот обычай послужит впоследствии мотивом для новой легенды».
Мы со своей стороны можем добавить, что, несмотря на все старания, нигде не нашли объяснения «таинственной сардинки» и можем предположить лишь одно, что обычай этот относится не к Дон Жуану Тенорио, а к другому народному герою, к Дон Жуану де Марана. Он, как и Тенорио, в свое время прославился также любовными приключениями, наводил страх на добродетельных мужей и отцов семейств, но кончил несколько иначе, чем его знаменитый предшественник. Пробираясь однажды ночью на любовное свиданье, Дон Жуан де Марана встретил в одном из глухих переулков погребальную процессию. Молчаливые монахи с закрытыми капюшонами лицами с зажженными свечами несли роскошный гроб. Неурочное для погребения время, мрачность и торжественность процессии невольно привлекли внимание Дон Жуана, и он обратился с вопросом к монаху: «Кого хоронят?» — «Великого грешника и распутника Дон Жуана де Марана», — был ответ. Это так подействовало на молодого человека, что он тут же повернул назад и, не заходя домой, отправился в монастырь и там строгим постом и молитвой искупил свои бесчисленные грехи.
Долгое время легенда о Дон Жуане Тенорио находилась как бы в забвении. Конечно, в народе не переставали рассказываться его отдельные любовные приключения, его ужасный конец, но в литературе этот интересный характер совсем не обрабатывался. Популярностью он обязан опять-таки духовному лицу.
Габриель Тельес, более известный под именем Тирсо де Молина, монах и писатель, первый взял характер Дон Жуана для своей драмы «El burlador de Sevilla» («Севильский обольститель»). Одна из поездок, предпринятая им по делам братства, завела его в Севилью во францисканский монастырь, где ему пришлось услышать из первого источника предание о Дон Жуане Тенорио. Под сильным впечатлением Тирсо написал затем свою драму, которая появилась в печати около 1630 года. Впоследствии она не раз переделывалась и искажалась разными издателями, но и до сих пор не утратила своих свежести и силы.
