Антуан де ла Саль дальше не проникал, он удовольствовался тем, что написал на одном из выступов стены свое имя. Но зато он описывает то, что ему рассказали об этой пещере туземцы, и эта часть рассказа представляет для нас главный интерес. Вправо от первой комнаты находится узкий низкий коридор, по которому можно двигаться лишь ползком. Куда ведет этот коридор? Жители Монтемонако рассказывают много чудесного по этому поводу. Незадолго до прибытия де ла Саля пять молодых людей, все тамошние жители, решили проникнуть в глубь пещеры и отправились по коридору, запасшись провизией, фонарями и веревками. Антуан видел двух из этих искателей приключений, и они сообщили ему, что коридор после нескольких десятков сажен расширяется, так что по нему совершенно свободно могут идти два или три человека в ряд. Пройдя таким образом приблизительно около трех миль, они встретили «земляную жилу, перерезывавшую пещеру, откуда дул такой сильный и при этом странный ветер, что никто из путников не отважился идти дальше».
В Монтемонако жил в то время священник по имени дон Антон Фумато, который уверял, что проникал дальше. Он рассказывал, что этот ветер дует всего на протяжении каких-нибудь пятнадцати туазов и не представляет никакой опасности. Пройдя это расстояние, достигаешь чрезвычайно длинного моста, при этом очень узкого — не более одного фута в ширину, висящего над страшной бездной, в глубине которой ревет могучий поток. Но едва сделаешь несколько шагов по этому мосту, как он расширяется, и чем дальше идешь, тем шире становится мост и тем глуше становится шум водопада. После этого выходишь на широкую удобную дорогу, в самом начале которой стоят два дракона с грозно пылающими глазами, кажущиеся живыми, на самом же деле они высечены из камня и совершенно безвредны. Пройдя их, достигаешь небольшой четырехугольной площадки с двумя металлическими дверьми, беспрерывно хлопающими день и ночь, так что, кажется, нельзя пройти мимо них без того, чтобы не быть раздавленным в мелкие куски.
Дальше дон Антонио не пошел. Вернувшись назад, он, как и прежние путешественники, рассказывал о непрерывно дующем ветре и о разных других вещах, которые видели его предшественники, в силу чего люди верили и прочим подробностям, но, к несчастью, вскоре после того он сошел с ума и сильно подорвал веру в свой авторитет. Однако, по уверениям нашего писателя, в минуты просветления он рассуждал совершенно здраво и в один из таких моментов рассказал, что в другой раз ему пришлось провожать в пещеру двух немцев, которые, дойдя до упомянутых металлических дверей, решили, что эта опасность такая же призрачная, как и другие; приказав ему дожидаться их возвращения, они беспрепятственно проникли за двери, но уже больше никогда не возвращались.
Вот что рассказывают другие местные жители об этой пещере.
В давно прошедшие времена зашел в эти места немецкий рыцарь, который, наслышавшись разных чудес о горе Сивиллы, решил убедиться во всем лично. Он вошел в пещеру со своим оруженосцем. Пройдя металлические двери, они достигли двери, сделанной из чистого кристалла. Остановившись здесь, они громко назвали свои имена, и перед ними распахнулась дверь. Их попросили переодеться в более богатые платья и затем при звуках музыки провели через целую анфиладу комнат, больших и малых зал, через красивые сады, наполненные прелестными женщинами, рыцарями и оруженосцами, разряженными, что называется, в пух и прах. Наконец, их привели к королеве, сидевшей на великолепном троне, принявшей их очень милостиво и разговаривавшей с ними на их родном языке, — легенда уверяет, что каждый человек, пробывший в пещере триста тридцать дней, может говорить на всех языках в мире, пробывший же девять дней научается лишь понимать, но не говорить.
Выслушав восхищение рыцаря, королева милостиво сказала:
— Вы увидите еще и не такие чудеса, которые будут здесь продолжаться, пока стоит мир.
— А когда мир кончится, что тогда станется с вами?
— То, что предрешено; не пытайтесь проникать в эту тайну.
Затем королева объявила ему обычай страны: он может остаться восемь дней и выйти на девятый; если он не уйдет на девятый, то должен ждать тридцатого дня, затем триста тридцатого; если же он и тогда не покинет пещеры, то должен остаться в ней навеки. Кроме того, он и его оруженосец, который всем был очень доволен, обязаны были выбрать себе подругу из тех дам, которые гуляли без кавалеров. Рыцарь сперва остался на девять дней, затем прожил до тридцатого дня и, наконец, решил пробыть до триста тридцатого: удовольствия так сокращали время, что день казался не длиннее часа. Обитатели этого очарованного места никогда не стареются и не знают, что такое скука. Каждый ест то, что ему нравится, и всякие развлечения имеются здесь в изобилии. Люди не страдают ни от холода, ни от жары; наконец, все развлечения таковы, что их нельзя ни вообразить, ни описать.
