Один из этих графов вскоре после смерти Фридриха Барбароссы был награжден бургграфством Нюрнберг. С тех пор род Цоллернов был облечен новым званием и должностью, заключающейся в том, чтобы наблюдать за мелкими феодалами, а главным образом — за поместьями старинного франкского герцогства. Учрежденный в Нюрнберге суд считался равным по силе императорскому для Саксонии, Швабии и Франконии, а также местностей, расположенных по Рейну. Напрасно соседи старались отнять у него эту привилегию — они ничего не могли поделать, и род Цоллернов стоял во главе других феодалов. Хотя доходы и состояние Цоллернов уже и в то время были довольно значительные, тем не менее маркграфы все время старались увеличивать свои территориальные владения покупкой новых земель, арендой и пр.
Между прочим, Фридрих III Нюрнбергский получил по наследству, как супруг дочери последнего герцога Меранского, Плассенбург и Бейрут. Это был тот самый Фридрих, который первый подал голос за избрание на царство Рудольфа Габсбургского. Фридрих IV в сражении при Мюльдорфе взял в плен Фридриха, известного под именем Прекрасного, и был самым доверенным лицом императора Людвига Баварского.
Сын его Иоганн мог уже выставить по требованию императора четыреста «шлемов» или рыцарей, но изменил Баварскому дому и пристал к его сопернику Карлу Люксембургскому, в благодарность за что Люксембургский герцог впоследствии произвел бургграфа Нюрнбергского в маркграфское и курфюрстское достоинства, наградив его Бранденбургом.
Один из сыновей бургграфа Иоганна был Альбрехт Прекрасный, и с этим именно и связана легенда о белой женщине. Старинная хроника рассказывает об этом следующее.
Отто, граф Орлямюндский, умер в 1340 году, оставив после себя молодую вдову Агнесу, урожденную герцогиню Меранскую, с двумя детьми, сыном трех и дочерью двух лет. Вдова, оставшись жить в Плассенбурге, подумывала, как бы снова выйти замуж.
Кто-то сообщил ей, что Альбрехт Прекрасный, бургграф Нюрнбергский, в разговоре с кем-то заметил:
— С большим удовольствием предложил бы я руку и сердце прекрасной вдове, если бы не было только четырех лишних глаз.
Графиня подумала, что он этим намекает на ее детей, которые мешают браку, и решила, ослепленная страстью, отделаться от них. Она призвала преданного ей слугу Гайдера (или Гагара) и, щедро наградив его, приказала умертвить обоих детей.
Народное предание говорит, что дети молили убийцу о пощаде: «Милый Гайдер, пощади мою жизнь, я подарю тебе все графство вместе с Плассенбургом, тебе не придется потом раскаиваться», — так говорил мальчик. Девочка же была меньше, и потому обещания ее были более наивны. «Милый Гайдер, — плакала она, — пощади мою жизнь, я отдам тебе всех моих кукол». Однако слуга не был тронут этими мольбами и совершил преступление. Когда впоследствии он, совершив еще другие злодеяния, попал в застенок, то признавался там судье: «Сильно было мне жалко молодого графа, который уже сознавал, что впоследствии ему придется занять место отца и управлять государством, но еще больше сожалел я о невинной девочке, ее наивные слова чуть не тронули моей души».
Прах обоих детей хранится в монастыре Небесной Короны и еще до сих пор показывается паломникам как священная реликвия.
По другим рассказам, графиня умертвила собственноручно своих детей уколом острой булавки в голову. Бургграф, как оказалось, под четырьмя глазами разумел своих собственных родителей и поэтому все-таки не женился на вдове.
Графиня, мучимая угрызениями совести, отправилась босой в Рим и умерла на возвратном пути, как раз в тот момент, когда она выходила из церкви Небесной Короны. Но еще чаще рассказывают другой вариант, будто графиня надела сапоги, внутри которых были натыканы иголки и булавки острием кверху, и, пройдя полмили в таких башмаках, упала замертво перед входом в церковь.
Дух этой графини и есть тот самый, который появляется в замках Гогенцоллернов, чтобы возвестить о близкой кончине какого-нибудь из членов фамилии.
Иногда появлением белой женщины злоупотребляют живые люди, по большей части с дурными намерениями. О первом появлении духа в Плассенбурге рассказывают, между прочим, следующую историю.
Маркграф Альбрехт Воин, мужественный и бесстрашный князь, ни за что не хотел поверить в действительность этого появления. Чтобы убедиться на самом деле, он однажды ночью спрятался в одном большом княжеском зале, по которому непременно нужно пройти, чтобы попасть из одного флигеля в другой. Здесь он решил дождаться появления духа. После полуночи бесшумно отворилась дверь, и высокая, закутанная во все белое фигура вошла в зал и медленно стала направляться в противоположную сторону к внутренним покоям маркграфа.
