Легенды ГРУ полностью

Скажем честно: произойди утечка информации о плане «Стратегического мероприятия «Анадырь» и о конкретных шагах по его реализации – развитие советско-американских отношений, да и всей мировой истории могло пойти по совершенно иным, причем гораздо более драматическим, сценариям.

По нашему мнению, следует особо подчеркнуть, что американские историки, и вслед за ними их российские эпигоны, совершенно сознательно разрывают хронологическую последовательность и логику развития событий тех дней, чтобы вывести США из-под критики за провоцирование Карибского кризиса и возложить одностороннюю ответственность за его возникновение исключительно на Советский Союз. Так, авторы «Энциклопедии шпионажа» Н. Полмер и Т. Б. Аллен писали, что якобы реализация плана «Мангуст» «не влияла на принятие советским руководством решения об оказании военной помощи Республике Куба». А тем не менее лишь в октябре 1962 г., уже располагая информацией о наличии советских войск на Кубе, президент Кеннеди отказался санкционировать начало завершающего этапа операции «Мангуст».

3 июля 1962 г. брат президента США пригласил «Джорджи» на воскресенье в загородную резиденцию Хикори-Хилл. Пока жена Георгия Никитовича Анастасия обсуждала с супругой хозяина дома Этель гастроли в Америке Большого театра, между их мужьями состоялся обстоятельный разговор. Кеннеди интересовало, есть ли в Советском правительстве люди, выступающие за столкновение с США? Большаков ответил отрицательно.

В свою очередь, Георгий Никитович переадресовал вопрос Кеннеди:

– А есть ли такие люди в правительстве США?

– В правительстве – нет, – ответил Роберт, – а в Пентагоне есть. Не сам Макнамара, но такие люди есть.

– Недавно, – продолжал Роберт Кеннеди, – военные представили президенту доклад, в котором утверждают, что в настоящее время США значительно превосходят СССР по военной мощи (что соответствовало действительности. – О.Х.). И что в крайнем случае можно пойти на прямую пробу сил. Однако президент, – подчеркнул Кеннеди, – более реально оценивает соотношение сил и решительно отвергает какие-либо попытки не в меру ретивых сторонников столкновения с СССР навязать правительству свою точку зрения.

Что же касается «не в меру ретивых голов» в Пентагоне, то они, по словам брата президента, «никаким влиянием в правительстве не пользуются и, как и весь Пентагон, находятся под полным контролем Белого дома».

Разумеется, о состоявшемся обмене мнениями Большаковым было доложено в Москву.

В целом добывавшаяся «Марком» в Вашингтоне, причем не только от Роберта Кеннеди, но и от его иных оперативных контактов, общественно-политическая информация давала картину как настроений в американском обществе, так и определенное представление о возможностях, намерениях и планах американской администрации. Даже поступавшая напрямую от Роберта или Джона Кеннеди информация, несмотря на то что она содержала элементы манипулирования принятием решений в Кремле, косвенно свидетельствовала о подлинных планах американской администрации.

Третий этап участия Г. Н. Большакова в контактах с Робертом Кеннеди касается непосредственно событий Карибского кризиса, хотя начинался он вполне буднично.

Накануне отбытия Большакова в отпуск в Москву, 31 августа, ему позвонил Роберт Кеннеди и пригласил на «прощальную беседу».

Но едва Большаков переступил порог министерского кабинета, его хозяин сообщил, что их ждет президент: он хочет передать послание Хрущеву.

Поздоровавшись, Джон Кеннеди попросил Георгия Никитовича «оказать услугу»: посол США в Москве Томпсон информировал его, что Хрущев обеспокоен облетами американских самолетов советских судов, следующих на Кубу. Он просил передать, что принял решение о прекращении этих облетов. Далее президент сказал, что ему представляется благоприятной перспектива улучшения американо-советских отношений…

Здесь следует оговориться, что, поскольку не только иностранные, но и некоторые отечественные историки утверждают, что Хрущев использовал «канал Большакова» для дезинфомирования США об операции «Анадырь», то и в данном конкретном случае мы имеем дело с очевидным лицемерием и цинизмом американского президента.

После того как Большаков и брат президента покинули Белый дом, Роберт пожаловался: «Неужели премьер Хрущев не понимает положения президента? Неужели премьеру неизвестно, что у президента не только много друзей, но и не меньше врагов. Ведь они в порыве слепой ненависти могут пойти на все. Как же этого не понимает Хрущев? Джон каждый раз делает шаги навстречу премьеру СССР, но эти шаги стоят ему больших усилий».

Георгий Никитич вспоминал, что никогда ранее не видел Роберта таким открытым и искренним. Он ответил, что понимает озабоченность президента США и постарается все в точности передать Хрущеву.

Прибыв в Москву, Большаков связался с помощником Хрущева и сообщил о личном послании президента США. Отдыхавший в Пицунде Хрущев попросил полковника прибыть к нему.