Хилл был хорошо знаком с другим крупным английским разведчиком — Сиднеем Джорджем Рейли, или Зигмундом Марковичем Розенблюмом, родившимся в Одессе в 1874 году. Авантюрная жизнь этого неординарного человека изобиловала как успешными, так и провальными операциями на фронтах Русско-японской и империалистической войн, смелыми комбинациями и громкими любовными скандалами. Неоднократно разоряясь и вновь сколачивая состояние, Рейли никогда не оставлял своей основной деятельности — разведки. Он стал одним из первых кадровых сотрудников новой английской службы МИ-6. Одним из его заданий была координация заговора Локкарта, или «заговора послов», как его иногда называют историки. Заговор, организованный в 1918 году дипломатическими представителями Великобритании, Франции и США в Советской России с целью свержения «власти красных», заблаговременно был раскрыт чекистами, и Рейли пришлось скрытно покинуть нашу страну. Однако в 1925 году его заманили на территорию СССР, и очень скоро заключенный № 73, как он именовался во внутренних документах, был ликвидирован.
Сам Джордж Хилл начал военную карьеру еще в юности. Получив ранение в начале Первой мировой войны, он был переведен в специальный резерв. Вскоре его, свободно владеющего русским и немецким языками, направили в Британскую службу безопасности, где произвели в офицеры. Умело выдавая себя за болгарина, он проник в лагерь для интернированных на Балканах и собрал там необходимые для Британии сведения. Позже Хилл прошел летную подготовку в Королевском авиакорпусе и вошел в число ведущих специалистов, осуществляющих заброску агентов в тыл противника. Затем его послали в Россию и прикомандировали к русской армии в качестве офицера связи. В задачу капитана Хилла входил сбор информации по передислокации германских войск. Он получил оперативный псевдоним IQ-8.
Осенью 1917 года Хилл был переведен в МИ-6 и направлен в Петроград — бывший Санкт-Петербург — для сбора информации о большевиках. Ему удалось войти не только в контакт, но и в доверие, и некоторое время он даже был советником по авиации у Льва Троцкого.
В то же время Хилл заботился о выполнении собственной миссии: тайно вывезти из Москвы в Бухарест часть драгоценностей царской семьи и немалый валютный резерв. Ему удалось это сделать, но с большевиками пришлось порвать.
В апреле 1918 года жесткая воля руководителей МИ-6 свела Хилла с капитаном Сиднеем Рейли. Однако задуманная миссия английской службы (она остается за скобками) на тот момент не удалась, и в августе 1918 года оба перешли на нелегальное положение, продумывая варианты спасения. По некоторым сведениям, им удалось добраться морем до Швеции, где они поднялись на борт судна, направлявшегося в Шотландию. Сэр Роберт Брюс Локкарт, британский дипломат и разведчик, лично знавший обоих, писал: «Хилл был столь же отважен и неудержим, как и Рейли».
Вскоре Хилл вновь вернулся в Россию — в годы Гражданской войны его направили на юг страны, где он безуспешно пытался координировать разведывательные действия различных белогвардейских формирований. А перед крахом белогвардейского движения он своевременно эвакуировался на острова Туманного Альбиона.
Во время Второй мировой войны Хилл обучал курсантов МИ-6 методам подрывной и диверсионной работы. Позднее он был направлен в Москву в качестве официального представителя британского Управления специальных операций (УСО) и офицера по связи с НКВД. Визит в Москву в августе — сентябре 1941 года для налаживаний связей и взаимодействия между британскими спецслужбами и НКВД получил название «Миссия СЭМ». Бывший сотрудник МИ-6 Чекмен Пинчер, репортер, специализировавшийся на громких журналистских расследованиях, писал по этому поводу в своей книге «Слишком секретно, слишком долго» (1984 г.): «Выбор Хилла в качестве руководителя делегации был очень необычен, так как русским он был известен как разведчик, который в свое время вместе с другим разведчиком — Сиднеем Рейли — принимал участие в подготовке неудавшихся попыток покушения на лидеров большевиков. “Миссии СЭМ” удалось заключить соглашение о полном сотрудничестве в организации подрывных и диверсионных акций на территории любых стран, кроме СССР и Британского Содружества наций. Итогом стало направление в Лондон официальных представителей НКВД и расширение полномочий военной миссии Великобритании в Москве, с включением разведки; вслед за первым соглашением последовал ряд других, впрочем, англичане получили от них немного пользы».
Правительство Великобритании жаловалось на то, что русские не хотят делиться со своими союзниками данными технической разведки, имея в виду трофейное оружие, захваченное у немцев. В то же время сотрудники УСО имели прямые контакты с НКВД и могли получать разрешение на посещение тех мест, куда британских дипломатов советские власти не допускали.
