Семья Чичаевых приняла Квашнина как собственного сына. Свободного времени у молодого человека практически не было: он проводил свою основную работу по заключительной подготовке, инструктажу и последующему десантированию советских разведчиков в оккупированные районы Европы. Таких выбросок было восемнадцать. Кроме этого, Квашнин помогал Чичаеву в его работе с агентурой. Помощь носила вспомогательный характер: Константин вывозил своего старшего товарища на конспиративные встречи, а затем в нужное время и в нужном месте встречал его. Иногда Квашнину поручалось найти в каком-либо районе города определенное лицо для передачи информации. По сути, он учился оперативной работе, находясь рядом с таким опытным разведчиком, как Чичаев. А тот умел организовывать официальные контакты в рамках союзнических договоренностей, обеспечивал контакты с правительствами в изгнании оккупированных гитлеровцами стран, выполнял другие поручения — оперативная работа, как известно, никогда и нигде не заканчивается.
В конце февраля 1944 года К. К. Квашнину поступил приказ переправиться в Югославию, в советскую военную миссию при штабе И. Б. Тито в качестве офицера связи и советника по диверсионной деятельности.
Но в советской миссии в Лондоне ничего не знали ни об обстановке, ни об условиях предстоящей работы в Югославии. Немного поразмыслив, Константина решили отправить на место в «полном блеске»: офицерскую форму шили на заказ. Решение был неудачным, что выяснилось уже позднее, в горах.
Перед дальнейшим изложением сделаем небольшое отступление.
«Смерть фашизму! Свободу народу!» — так приветствовали друг друга партизаны Югославии. В это время гитлеровские войска при поддержке усташей — местных фашистов — оккупировали все крупные города, заняли морское побережье, контролировали дороги и кровавой рукой устанавливали «новый порядок».
Гордый и по-южному темпераментный народ поднялся на борьбу за освобождение своей Родины. Горы и леса стали базой для маневренной тактики боевых отрядов, а захват оружия у врага — арсеналом партизанской войны. Во главе национального движения встал бывший коминтерновец Иосип Броз Тито.
Особый размах партизанской войны отмечался в конце 1943 года, когда Красная армия начала крушить немецкие войска, изгонять их со своей территории. Наладилась регулярная помощь вооружением и специалистами из Советского Союза. Это было частью общей задачи по ускорению разгрома гитлеровской Германии.
В начале 1944 года для связи, всесторонней помощи и координации действий к штабу Тито была прикомандирована советская военная миссия. Миссию возглавлял крупный военный специалист, генерал-лейтенант Николай Васильевич Корнеев. В состав миссии входили советники по разнообразным военным и политическим вопросам. Среди советников были, в частности, заместитель министра финансов Бодров, заместитель председателя правления Госбанка Геращенко (отец будущего председателя Центрального банка России), ряд руководителей партизанского движения и много других специалистов.
Свою военную миссию при штабе Тито создали и англичане под руководством генерала Фицроя Маклина (он стал прообразом Агента 007 в знаменитой «Бондиане»). В состав миссии в качестве офицера связи входил и сын премьер-министра Великобритании Рандольф Черчилль.
Попасть в партизанский край можно было только по воздуху. Первая группа офицеров советской военной миссии, прибывшая раньше Квашнина, для бесшумного преодоления линии фронта использовала планеры.
Работа в миссии не была слишком рискованной. Проводились мероприятия по консолидации действий югославских партизанских отрядов, а также осуществлялась посильная помощь специальным группам, прибывающим из Центра. В начале мая 1944 года была даже проведена специальная практическая конференция для молодых руководителей партизанских соединений и вожаков молодежных объединений по совершенствованию диверсионной деятельности в отношении захватчиков и отрядов усташей.
Трижды за время пребывания в миссии Квашнину довелось общаться с Тито. На этих встречах, помимо обсуждения сугубо военных вопросов, Тито говорил молодому советскому офицеру о планах восстановления послевоенной Югославии, которую он видел свободной и цветущей. Огромное впечатление на Квашнина произвела высокая профессиональная подготовка Тито в диверсионно-разведывательных вопросах и вопросах военной тактики — сказывалась длительная практика работы по линии специальных отделов Коминтерна.
Германское командование прекрасно понимало значение Тито в организации Сопротивления. В Берлине было принято решение о проведении специальной операции по устранению, а по возможности — захвату югославского руководителя и лидеров военных миссий. включая сына английского премьера (операция «Ход конем»). В конце войны это могло решить не только ряд тактических военных задач, но и стать разменной картой в более сложной стратегической комбинации.
