Англичане оказывали советскому командованию определенную помощь, включая передачу данных, например в ходе операции «Ультра», но конечно же без указания источников. Английская сторона не знала, что советские службы благодаря советским разведчикам, работающим в Великобритании, давно уже имели доступ к оперативной информации, которую англичане скрывали.
Примерно так выглядела ситуация в период, когда Константин Квашнин был подключен к работе с миссией английской разведки в Москве. Удивление молодого советского разведчика вполне объяснимо. Послушаем его:
«…И вдруг я встретился с живым Джорджем Хиллом! Он оказался человеком выше среднего роста, слегка пополневшим, будучи уже в возрасте, но очень подвижным и доброжелательным в общении. Вроде добродушный добрячок. Беседа его со мной показала, что я его вполне устраиваю, и он дал согласие на мою командировку. Одновременно со мной он выехал в Англию и патронировал меня весь маршрут, оказывая содействие через свои немалые возможности».
Перед отправкой Константина одели с головы до ног, пошили ему новые костюмы по предвоенной европейской моде, оформили в МИД заграничный паспорт и откомандировали в долгое путешествие в должности атташе советского посольства под фамилией Красовский.
А теперь представьте: легко ли было переправить человека в период активных военных действий практически по всей Европе, да еще учитывая оккупированные гитлеровцами территории?
Первый участок пути: Москва — Сталинград — Астрахань — Тегеран. Вылет был с Центрального аэродрома на Ходынском поле. Предполагались кратковременные остановки в Сталинграде, а потом в Астрахани.
При посадке в самолет Квашнина перехватил один из сотрудников отдела и вручил пакет с паспортами, которые опоздали отправить с диппочтой. Константину надлежало догнать почту в Тегеране и передать там пакет для дальнейшей перевозки. Пакет был без сопроводительных документов, и его надо было тайком перевезти через границу. Как впоследствии вспоминал сам Константин Константинович, «в моей диверсионно-разведывательной практике это была первая контрабандная операция».
Перелет Астрахань — Тегеран прошел без происшествий. Затем последовала недельная пауза в посольстве в Тегеране в ожидании следующего перелета. (Здание советского посольства знаменито тем, что вскоре там пройдет Тегеранская конференция.)
Следующий участок пути: Тегеран — Каир. В Каире у Квашнина было несколько дней до дальнейшего перелета через всю Африку.
Возникло первое затруднение — на юге Африки только что закончился период дождей, повлекший за собой появление москитов, разносчиков тропической малярии. Единственное средство защиты — обязательные предохранительные прививки. Квашнин был не привит, а времени на проведение вакцинации на месте уже не оставалось. Выручил Хилл: включив все свои связи, он изготовил в своем ведомстве фальшивые справки о прививках, что давало право на перелет. Рискнули лететь.
Четырехмоторный «дуглас» на несколько часов приземлился в столице Судана, городе Хартуме. Следующая остановка — Канна, на севере Нигерии. Конечный пункт перелета — Лагос, столица Нигерии. Дальнейший воздушный путь вдоль всего Атлантического побережья Африки проходил на громадной летающей лодке «Каталина» (гидросамолет Consolidated PBY Catalina) с промежуточными остановками в Дакаре (Сенегал) и Лиссабоне (Португалия).
В Португалии Квашнина арестовали и продержали около суток — он не имел в паспорте португальской визы, — но Хилл вновь включил свои связи, и все обошлось. Впереди ждал конечный пункт маршрута — Саутгемптон, Англия. Поезд до Лондона — и все попали туда, куда стремились: Хилл — в штаб-квартиру службы, а Квашнин — в советское посольство.
Руководителем Квашнина в Лондоне был известный советский специалист Андрей Иванович Чичаев. Он познакомился с Квашниным еще в Москве по поручению П. А. Судоплатова, когда готовилась программа совместной выброски диверсионных групп на территорию Западной Европы (самолеты английские, диверсанты наши). Супруга Чичаева Ксения Митрофановна выполняла обязанности шифровальщика.
Надо сказать, что выбор кандидатуры Квашнина, по всей видимости, был обусловлен тем, что он обладал подходящим комплексом специальных навыков и знаний. полученных в школе Серебрянского, да к тому же имел солидное академическое образование и владел английским. А еще его выделяла мягкая интеллигентность.
