– Я – рыцарь, ставший разбойником, которого преследовали воины алчного короля. А это мои владения: и замок, и гора. Уже более тысячи лет я опекаю этот край, – ответил всадник, нисколько не обращая внимания на насмешки женщины, и слегка похлопал коня по шее, успокаивая его.
– А конь мой действительно необычный, зачарованный. Он и не такие горы покоряет. Давно мы с ним – одно целое, – продолжил всадник. – Но я вижу, ты совсем меня не боишься. А зря! Я не допускаю сюда ни одной женщины после того, как много лет назад моя возлюбленная, якобы из ревности к другой женщине, показала воинам короля тайный ход в пещеру, о которой никто из чужих не знал. Так она решила мне отомстить за измену, которой не было. Много смертельных ран получили мы с конем, убегая от стрел королевских вояков, и, истекая кровью, погибли недалеко отсюда. Дружину мою всю побили, никого не осталось в живых.
– Так она предала тебя! – возмутилась Елена. – Я бы не позволила погибнуть такому симпатичному рыцарю. Да она тебя и не любила вовсе, коль такое злое дело сотворила. А я очень-очень люблю своего мужа Леню, не смогла бы даже подумать о мести, или чтобы руку на него поднять.
– Значит, и вправду она не любила меня, обманщица. Зря я ей доверял, – грустно прозвучал голос рыцаря. – Я ведь после ее предательства решил, что все женщины такие. Как я ошибался!
Он опечалился, понурился. Туман заклубился, конь беспокойно переступил с ноги на ногу.
– А о какой пещере и тайном ходе ты говоришь? – Лена своими вопросами отвлекла всадника от сердечных ран.
– Пещера находилась прямо под этим жилищем. Сейчас она наполовину завалена. Вот здесь когда-то стояла высокая каменная башня, с верхнего яруса которой обозревалась вся округа. Издалека заметив охотившихся за нами воинов короля, мы успевали спуститься в пещеру и тайным ходом незаметно уйти из замка, не оставив следа, и спрятаться в лесу. Сокровища заранее были разделены на три части и хранились в разных укромных местах, о которых знали не многие. Она о местонахождении кладов тоже не знала, – сокрушенно, видимо, все еще переживая давние события и незаслуженное отношение ко всем женщинам, ответил рыцарь.
– Правильно, нельзя складывать все яйца в одну корзину! – подхватила Елена, довольная его сообразительностью, и добавила нетерпеливо, – ну, а дальше что было? Где и как вы добывали сокровища? Убивали людей?
– Нет. Ну, иногда, – неохотно признался рыцарь, – когда какой-нибудь богач больше ценил свое золото, чем жизнь. В основном, сами отдавали драгоценности. Ведь они богатели, угнетая работников и селян, не заботясь об их голодных детях. Но чаще мы брали в заложники зажиточных господ, затем требовали большой выкуп, и получали его. Простых людей мы не трогали. Наоборот, помогали им, возвращая отнятое у них богачами. Помогали беднякам пережить лихие времена. И, конечно, местные жители становились нашими сообщниками, предупреждая нас об очередной засаде королевского войска.
– Ну, прямо-таки настоящий Карпатский Робин Гуд! Это круто! – радостно воскликнула Лена, чуть не хлопая в ладоши. – А сокровища кто-нибудь нашел?
– Нет. На протяжении многих лет разные люди настойчиво вели здесь поиски клада. Но он спрятан надежно и я его старательно охраняю. Не для себя. Для людей, если когда-нибудь настанет крайняя нужда. Но до сих пор они находили выход из трудного положения, работали и верили в лучшее. Надеюсь, так будет и впредь. Но пусть знают, что в самую тяжелую годину я приду им на помощь.
Вдруг, присмиревший было, конь беспокойно повел ушами, тихонько фыркнул. Елена тоже услышала мужские голоса у дверей и юркнула под плед. В тумане исчезли и всадник с конем. Облачко моментально рассеялось…
Утренние солнечные лучи проникли в комнату через маленькие окошки хижины, и украсили ее голые стены яркими, золотистыми пятнами.
– Я тоже тебя люблю, солнышко мое, – нежно обняв жену, Леня поцеловал ее в щеки, губы, нос.
Елена удивленно посмотрела на мужа.
– Ты всю ночь бормотала что-то невнятное во сне. Но одно я точно расслышал, что ты меня очень-очень любишь!
Эта давняя история произошла много лет назад в самый разгар весны…
Кружатся, хороводят вокруг невысокого растения призрачные девы, легкие, невесомые, едва касаясь твердой поверхности горных скал, на которых не растут ни березка, ни калинка. Именно здесь, в самом недоступном для людей месте, в одной из расщелин, расцвел цветок, густо укрытый серебристо-белыми ворсинками, и был он похож на светящуюся звездочку, опустившуюся с неба на землю.
