— Клянусь, вы мне нравитесь все больше и больше — вытирая слезинки, выступившие из глаз, сказал Шлюндт — Мне кажется, наше сотрудничество будет приятным и долгим.
— Второе условие — напомнил ему я — Внимательно слушаю.
— А его я вам сейчас не назову — Карл Августович отогнул указательный палец, пошевелил им, а после загнул его обратно — Услышите его при нашей личной встрече. Повторюсь — ваша цена велика, не безмерно, но изрядно. Тут без определенных оговорок не обойтись, и, прежде чем сказать «да», мне надо кое-что проверить.
— Разумно — согласился я.
— Итак — антиквар подался вперед, его лицо приблизилось к экрану — Максим, вы даете мне слово, что никто, кроме меня, в ближайшие семь дней, начиная с сегодняшнего, не сможет вас нанять для своих нужд?
— Даю — подтвердил я.
— Ну и замечательно — снова заулыбался старичок — Вот и сговорились. На сем разрешите откланяться, пойду заниматься нашими уже общими делами. Времени не так и много, а хлопот полон чулан, как говаривала одна моя старинная знакомая. А вам — приятного аппетита. Кстати, вижу вы воспользовались моим советом, не так ли?
— Каким именно?
— Заказали ростбиф — пояснил собеседник — Не правда ли, он дивен тут? Ну скажите — так ведь?
— Чистая правда — подтвердил я — И порция большая. Это сейчас редкость. Карл Августович, а вот насчет личной встречи…
— Все будет — перебил меня Шлюндт — Просто делайте то, что обещали, и ждите от меня скорых вестей.
Хлоп — и экран опустел. Все, сеанс связи закончен.
— Рад был познакомиться — отвлек меня от мыслей через пару минут голос Аркаши — Пойду я.
Он забрал со стола нетбук и убрал его в сумку.
— Телефон мне свой оставь, пожалуйста — попросил я его — Мало ли, созвониться понадобится.
— Не понадобится — отмахнулся он — Зачем? Приятного аппетита!
И ушел, попутно чуть не сковырнув вешалку, по традиции «нулевых» стоящую рядом со входом в ресторан.
Ну, а вечером мне тем для размышлений еще и Танька подсыпала, так сказать, до кучи. Здание наше на самом деле кому-то продают, вопрос это решенный, так что проблем с переездом, скорее всего, избежать не удастся. Единственный плюс то, что моя давняя приятельница вроде как собирается на этого «кого-то» выйти и договориться с ним о том, чтобы один этаж здания под себя арендовать. Ну, если получится, тогда, может, и мне удастся к ней присоседиться. А раз она так сказала, причем сопроводив это своими обычными «куда ты без меня» и «вот все на моих хрупких плечах», значит все не так и плохо.
Жалко только, что она не знает пока, кто именно этот потенциальный владелец здания. Мне бы имя-фамилию и адрес, желательно домашний, я бы и без нее, может, вопрос решил. Вон, Модеста Михайловича попросил бы посодействовать, да и все, он умеет страха на людей навести. Или с анчутками договорился бы, эти в плане бытового хулиганства кому угодно фору дать могут, жизнь в любом доме в ад за сутки-другие превратят — только в путь. И подъездные им нипочем, чихать они на них хотели. Они же сродни банным, а те всегда отличались редкостной независимостью и сварливостью.
Но, увы, информации у Татьяны на этот счет пока нет, а мне ее взять просто неоткуда. Административные и ведомственные вершины государственной машины мне взять вряд ли удастся, не мой профиль. Куда-куда, а туда я не вхож. Нет, деньги решают любые проблемы и дают ответы на все вопросы, но тратить время и ресурсы на эту суету сует мне не сильно хочется. По крайней мере в данный момент.
Кстати, Модест Михайлович очень недолюбливает мою школьную приятельницу и при виде Татьяны всегда недобро цыкает зубом, что означает только одно — кабы не я, он бы ее на вкус давно попробовал. Я спрашивал у него, в чем тут дело, чем эта бизнес-леди ему не угодила, но путного ответа не получил. Вернее, в своей обычной манере бывший владелец дома от него ушел, наплетя семь верст, да все лесом. Одно только я более-менее понял — он считает мою приятельницу весьма лживой особой, которой глубоко плевать на все, кроме своих интересов.
В принципе, конечно, все так, собственно, она всегда хитровыдуманной была, даже в школе, но, с другой стороны — а кто сейчас живет по-другому? Особенно в той сфере, где она вращается? В большом, да и среднем бизнесе истинные, а не показные благодушие, высокоморальность и сердечность явление приблизительно такое же редкое, как ларек с холодным пивком в центре пустыни Сахары. То есть в принципе его там можно встретить, но в основном в качестве миража. Но поскольку от меня ей выгоды ноль, какой смысл себе этим голову забивать? Думаю, тут дело в том, что Таньке время от времени хочется хоть ненадолго побыть такой, как раньше, в светлое и безмятежное время нашей юности. Ностальгия, все такое… Так и пусть ее, мне не жалко.
