К слову, индусы попытались колонизировать планету. Колония просуществовала менее пятидесяти лет и благополучно сдохла. Что уж к этому привело, неизвестное излучение светила, как утверждали некоторые ученые, заговор инопланетных спецслужб, о чем не умолкая твердили конспирологи, или же проклятие умерших рас, про которое бормотали свихнувшиеся на мистике пророки, так и осталось неизвестным. С тех самых пор эти места посещали лишь археологи, зато книг о них было написано множество. И неудивительно, что начитавшийся беллетристики пацан мечтал здесь побывать. В детстве, конечно, однако же раз подвернулась оказия – почему бы нет?
Сейчас обездвиженный звездолет неспешно плыл по орбите, и Жан, который провел всю подготовительную работу еще во время перелета, вскоре сообщил, что перезапуск реактора начался, процесс идет успешно, предварительное время готовности сорок шесть часов. Словом, опять они зависли, отставая от графика. С другой стороны, возможно, это и к лучшему.
Истомин некоторое время стоял в картинной позе, сложив руки на груди. На самом деле, это была попытка скрыть эмоции, потому как настала пора волноваться. Причем, если он ошибся, то максимум, что ему грозит, это выслушать потом много интересных слов, но притом снять груз с души. Но вот если прав… Тут прольется кровь, однозначно.
Но пока до этого не дошло, он мог себе позволить любоваться космическим пейзажем. То, с чем не справлялась оптика, уверенно дополнялось электроникой, и можно было в деталях видеть систему от и до. Вон сама Калькутта, очень похожая издали на Землю, но чуть более яркая. Единственная планета в здешнем «поясе жизни». Чуть ближе нее к звезде крутится еще одна планета, размером побольше Меркурия, но поменьше Венеры. И орбита тоже побольше, чем у Меркурия, и поменьше, чем у Венеры. Никому абсолютно не нужная каменюка, темная и мертвая. А дальше от звезды лишь огромное пустое пространство и газовый гигант размером чуть меньше Юпитера и с кольцом, глядя на которое, Сатурн удавился бы от зависти. Очень красивая планета ярко-зеленого цвета, пронизанная линиями чудовищных атмосферных вихрей.
Запиликал зуммер радара. Искусственный объект… Интересно, очередная станция археологов или что-то поинтереснее? Истомин нагнулся над экраном, пробежал глазами по строчкам… Ну, что же, ожидаемо. Как сказал Александр Невский, лед тронулся, господа крестоносцы.
– Как думаешь, на что это похоже? – спросил он у Александры.
Та несколько секунд, беззвучно шевеля губами, вчитывалась в данные, затем пожала плечами:
– Три корабля. Идентифицировать не удается. В базе данных таких нет.
– А ты не туда смотри. Массогабаритные характеристики видишь?
– Ну вижу. Очень размытые.
– Тут главное порядок цифр. Дальше. Смотри данные по мощности двигателей и степени ее утилизации. Динамика разгона у тебя тоже перед глазами. Плюс очень низкий коэффициент отражения, во всех диапазонах, кстати, их даже гравитационный радар видит с трудом. Что скажешь?
– Не знаю.
– Гос-споди, и чему ж тебя только учили. Эти характеристики соответствуют или крейсерам, или очень крупным эсминцам.
– Ну, извини. Я военных училищ не заканчивала, – съязвила Александра. – Мне такое не знать позволительно.
– А зря не заканчивала, к слову. Там иной раз учат весьма серьезным вещам, – он снова наклонился к экрану, хмыкнул. Потом несколько минут выбивал пальцами дробь на клавиатуре. Как хорошо, что стандартный пакет программ ориентирован на идиота. То есть задействуется просто и быстро. – Идут к нам. Такими темпами будут тащиться часов пять, не меньше. Ладно, пошли чай пить.
– Чай пить?
– Можно и поесть заодно. А чему ты удивляешься? На связь пока не выходят, идти им еще долгонько. Если что, компьютер предупредит. Так что давай, не волнуйся. Пошли.
Александра с явной неохотой последовала за ним. В салоне Доната уже расставляла столовые приборы, с камбуза доносились вкусные запахи и гремела кастрюлями Вероника. Жан, как обычно измазанный в чем-то, хмуро разглядывал выведенную на висящий на стене большой экран картинку. При появлении командира он хмуро ткнул пальцем в изображение.
– Видел это?
– Видел, – невозмутимо ответил Истомин. – А ты чего не переоделся?
– А смысл? Это крейсера.
– Разбираешься, – уважительно кивнул пилот.
– Вот именно. Опыт не пропьешь, а я, считай, полжизни в космосе.
– Только один момент. Не стоит паниковать раньше времени. Они еще не продемонстрировали каких-либо враждебных действий. А и продемонстрировали бы – так мы далековато. Поэтому кушаем. А в это время запускаем двигатели. Компьютер я уже запрограммировал.
– Как? Реактор…
– Я знаю. На накопителях пойдем, Маневровым на пару толчков хватит, а больше и не нужно. Курс вот сюда, – он ткнул пальцем в карту. – Здесь пояс астероидов, там можно затеряться.
– Как? – поинтересовалась Александра. – У них радары.
