– Ну что, малыш, поговорим? – спросил он с усмешкой и сорвал с губ пленного намертво залепивший их скотч. Получилось эффектно – парень взвыл, вокруг губ начали стремительно набухать бисеринки крови. – Как, язык еще не откусил от ужаса? Если нет, то зря, честное слово.
Террорист несколько секунд приходил в себя, глядя на Истомина одуревшими от боли глазами. Правильный выбор, похоже, высоким болевым порогом щенок не блистает. Наконец, собравшись с мыслями, тот прохрипел:
– Я требую адвоката!..
– Ну-ну-ну, ты, я смотрю, кино насмотрелся, – Истомин огляделся, не обнаружил рядом стула и со вздохом сел на первый попавшийся более-менее подходящий для этого предмет. Таковым оказались ноги лежащего рядом второго террориста, и, когда на них опустилась лишняя тяжесть, мужику это не понравилось. Во всяком случае, замычал он возмущенно и попытался выдернуть ноги. Истомин в ответ не глядя, словно молотком, врезал ему кулаком между ног. Убить не убил, конечно, однако протесты прекратились как по волшебству. – Значит так, паскуда. Адвокат тебя уже не спасет. Понял?
С этими словами он отвесил парню хорошую такую пощечину. Тот дернулся, но вместо того, чтобы потечь мозгами и немедленно начать сотрудничество в надежде выторговать себе жизнь, попытался продемонстрировать свое мировоззрение. Проще говоря, он возмутился!
– Ты что делаешь, гад?
– Я? Собираюсь тебя убивать. И, сам понимаешь, умирать ты будешь в муках. Ну все, двуликий анус, ты попал. Вижу, разговор у нас не сложился. Начнем, пожалуй.
– Я требую…
Ну надо же, он еще не понял, что не в том положении, чтобы ставить условия. Требует он. Дурак! Верно говорят: ничто так не способствует развитию потребностей, как отсутствие способностей. Истомин протянул руку, сжал щеки террориста так, что, похоже, расшатал зубы под ними:
– Еще раз услышу про требования, отрежу яйца. Здесь тебе не суд. Вы стреляли в офицера Империи, за такое по нашим законам положена смерть. А еще вы меня ранили. Кто именно виноват? Да зачем? Под молотки все пойдут. Ссориться с нами ради такой мелочи, как вы, никто не станет. Будешь что-то говорить в свое оправдание? Нет? Это замечательно!
С этими словами он разорвал парню штанину. Ткань штанов была прочной, однако слабым местом оказался шов. По нему вся конструкция и расползлась, открыв худую волосатую ногу. То, что надо.
Говорят, что самые лучшие пыточные инструменты есть у стоматологов. Может, и так, жаль только, их под рукой не оказалось. Зато имелось кое-что иное, и следующие несколько секунд пленный выл, заставляя Истомина проникнуться уважением к женщинам. Хотя бы за то, что они такое испытывают регулярно и, главное, совершенно добровольно, и все ради красоты.
А всего-то обычный эпилятор. Ползет себе по ноге, волосы рвет… Когда он добрался до паха, мальчишка сдулся и готов был сотрудничать с кем угодно, лишь бы над ним прекратили издеваться. Слабоват оказался чудик. Зато ругался-а… Тупо и неизобретательно, зато с чувством. Истомин послушал-послушал, да и похлопал его по щеке ободряюще:
– Значит, так, кукарача. Еще раз пасть откроешь – усы оборву. Ну что, готов к сотрудничеству?
– Д-да-а…
– Ну, вот и замечательно. А согласился бы сразу – еще лучше получилось бы.
С этими словами Истомин повернулся к обеспокоенно наблюдающему за ними комиссару:
– Все, забирайте клиента. Он просто жаждет с вами поговорить. А если что, я могу снова с ним побеседовать. Ты как, дружочек, будешь сердить дядю полицейского? Нет? Вот и ладушки. А то ведь, если мне снова придется сюда тащиться, я рассержусь и уже не буду таким мягким и пушистым, как сегодня. И да. Если будешь сотрудничать, отделаешься мелочью – лет двадцать отсидишь да выйдешь. Иначе сядешь на пожизненное. Специально для тебя подберут камеру с отморозками, которые твою задницу начнут пользовать совсем не по прямому назначению… Как, хочешь? Нет? Вот и замечательно. Не подведи меня, чучело.
С этими словами Истомин встал и зашагал к ожидающим его комиссару и особисту. Подошел, устало плюхнулся на стул:
– Ну вы… – комиссар выглядел потрясенным.
– Ага, – согласился Истомин. Не объяснять же, что не все с детства впитывают понимание: сигарету от врага можно взять, а вот от жизни, увы, придется отказаться. Не этот случай. – Однако же клиент ваш, и безо всякого вреда здоровью. Поразительно, как иной раз легко можно сломать тех, кто готов потрошить других ради забавы. Я здесь еще нужен?
– А что, хреново? – влез особист.
– Да нет, обезболивающее пока действует. Просто устал я.
– Понял. До космодрома доберешься? Там стоит дежурный бот.
– Доберусь. Комиссар, ваши люди меня подвезут?
– Конечно. Марко! Марко, чтоб тебя! Отвезешь нашего гостя, куда он скажет.
– Я с тобой!
Сказанное прозвучало в два голоса. Доната и Вероника посмотрели друг на друга. Так, наверное, смотрят на соперника аллигаторы. Истомину потребовалось некоторое усилие, чтоб не рассмеяться.
