«Страшно, отец! Очень страшно… Но я все равно сделаю так, как надо! Как сделал бы, и ты на моем месте…»
Игорь не успел ничего понять. От сильного толчка в спину потерял равновесие, и уже падая, услышал громкий металлический щелчок и вслед за ним исходящий мучительной болью, стонущий выкрик Жаргалова:
– Стреля..!
И тут же лейтенант увидел, что, отделившись от земли в каком-то неестественно высоком, будто парящем прыжке, на него летит сверху тот, который только что стоял с поднятыми руками. Рухнув на камни, Игорь выбросил перед собой автомат и не целясь, наугад, надавил на спуск, опустошая магазин грохочущей нескончаемой очередью, разрубая пространство перед собой смертельно разящим свинцом.
Теперь ему было некуда спешить. Неторопливо, даже деловито, словно только тем и занимался всю свою жизнь, Игорь обкладывал тело Жаргалова плоскими гранитными камнями. Сперва он обложил его с боков, соорудив нечто вроде склепа, затем закрыл ноги и грудь, оставив открытым лишь лицо разведчика, уже не смуглое, как при жизни, а матово-белое, с неотвратимой печатью смерти на закаменевших чертах.
Потом лейтенант долго и неподвижно сидел у временной могилы боевого товарища, обессиленно уронив кисти рук между коленями. Тяжелые мысли овладели им. Вдруг вспомнилось, как обрадовался Бато, когда узнал, что его берут на задание. Словно наяву Игорь увидел его улыбающееся лицо, азартно загоревшиеся глаза, услышал слова: «Спасибо вам, товарищ гвардии лейтенант! А то у меня все сердце по тайге изнылось…»
Игорь неотрывно смотрел на лицо Жаргалова, горькие мысли роились в голове: «Почему такая несправедливость? Ведь жизнь мальчишки только-только начиналась… Его ждут дома отец и шестеро братьев… Кто и зачем послал в русскую тайгу убийцу, что лежит сейчас на камнях?» – сдавленный мучительный стон вырвался из груди Игоря. Стиснув виски изодранными до крови ладонями, он закрыл глаза. Неожиданно ему вспомнился давний случай, произошедший еще во время учебы в институте. Тогда, построив кое-как в две шеренги их, шалопаев-студентов, разбитной майор, начальник лагерных сборов, весело сказал: «Ну что, будущие лейтенанты-дилетанты, в военную форму вас облачили, начинаем служить…»
«Лейтенант-дилетант! – Игорь до скрипа в зубах стиснул челюсти. – Ни на что ты не способен, ни к чему не гож, как оказалось. Тебя назначили командиром, доверили жизнь людей. Командир должен предвидеть абсолютно все, учитывать каждую мелочь, многое знать и уметь… Ты не готов к этой роли, взялся не за свое дело, – и в результате – гибель человека. Капитан Никитин строго предупреждал, расставаясь: «Будьте готовы ко всему, даже обезоружив врага, не теряйте бдительности, постоянно держите его на «мушке!»
Неожиданный шорох вывел Игоря из глубокой отрешенности. Серая мышь-каменушка, выбравшись из-под камней, замерла на задних лапках и смотрела на человека крошечными бусинками глаз. Ее усы настороженно шевелились. Игорь поднял голову, и мышь, коротко пискнув, исчезла. Это испуганное бегство вывело, наконец, лейтенанта из состояния оцепенения. Игорь вновь увидел густую поросль зеленой тайги на склоне каменистой сопки. Заметил, как сквозь трещины в гранитных обломках россыпи тянутся к свету длинные побеги дикого папоротника с резными листьями, как под легким ветерком покачиваются пушистые ветки кедрового стланика, как у старого замшелого пня рдеет кисть крупной брусники… Где-то, совсем рядом, застучал дятел, засвистела какая-то пичужка. Оранжевая божья коровка села на рукав его пятнистой десантной куртки. Он с тусклой усмешкой следил за тем, как она медленно, помогая себе крылышками в черных точках, ползет по складкам рукава, преодолевая их, словно горы. А сколько гор и хребтов пришлось перевалить ему, Игорю, чтобы дойти до этого места, где он был вынужден убить человека, где, спасая его, командира, погиб рядовой Жаргалов. Вдруг подумалось: сколько же испытаний выпало на его, Игоря, долю всего лишь за пару суток, сколько всего пришлось пережить…
Жизнь медленно возвращалась в сознание лейтенанта. Он поднялся и, тяжело ступая по камням, подошел к неизвестному, всмотрелся. Тот лежал, разбросав сильные руки, словно перед смертью хотел кого-то обнять да не успел. В жизни он, пожалуй, был красив. Темно-каштановые волосы обрамляли высокий лоб, серые глаза были широко раскрыты и смотрели в небо с выражением величайшего изумления. Правая нога мертвеца, обутая в сапог на толстой подошве, была неестественно завернута в сторону. И лейтенант мимолетно подумал, что живой человек не смог бы, наверное, пролежать долго в такой неудобной позе.
Игорь пристально разглядывал убитого. Кто он, для чего пришел сюда с оружием? Почему случилось так, что его пришлось застрелить? Он, Игорь Березкин, парень с мирным характером, вынужден был лишить жизни человека, у которого, конечно, есть мать, отец, братья, сестры и, наверняка жена, а может и дети…