Я улыбнулась ему через силу. Интересно, много ли он знает о ядах. И вообще, а что я знаю о мажордоме? О Жане, Алане, Юджине, рыжем мальчишке, которого я вижу мельком?
— Обещаю, что что-нибудь перекусить. Но сейчас я действительно хочу заглянуть к Амброзию, а потом взяться за работу..
Герхард кивнул, понимая, что спорить бесполезно.
— Тогда я провожу вас до пыточной.
— Благодарю.
Мы вместе направились по тихим коридорам замка. Массивные стены из камня надежно защищали от внешних врагов, а если враг внутри?
Моя тревога не утихала, но я старалась не показывать этого Герхарду. Вскоре мы подошли к пыточной, и я глубоко вздохнула, готовясь к встрече с Амброзием.
Дверь открылась, и мы вошли внутрь. В комнате было темно, лишь несколько свечей освещали пространство. В центре пыточной, над великолепным изумрудным платьем склонился Амброзий. Его руки ловко скользили по ткани, создавая идеальные складки.
— Элиана, — шепнул Герхард, его голос был почти неслышен. — Будьте осторожны.
Я кивнула, благодарная за его заботу, и подошла ближе к Амброзию. Он поднял голову и весело улыбнулся мне.
— Доброе утро, леди Элиана! — приветствовал он, расправляя кружево на платье.
Изумрудное платье лежало на столе, притягивая взгляд своей красотой и элегантностью. Ткань переливалась на свету, создавая иллюзию волшебного сияния. Глубокий зелёный цвет напоминал о свежести в лесных чащах. Лиф платья был пошит с изящными кружевными вставками, тонко подчёркивающими линию декольте и плавно переходящими в длинные рукава, заканчивающиеся манжетами с вышивкой. Юбка была еще не пришита, но уже обещала стать шедевром: многочисленные слои лёгкой ткани создавали воздушные складки, которые наверняка будут колыхаться при малейшем движении. На столе лежали серебряные нити, кружева и камни, готовые стать завершающими штрихами в этом великолепии.
— Это платье на бал? — изумилась я.
— Для испытания, — улыбнулся Амброзий, явно удовлетворенный произведенным впечатлением.
— На случай если я не пройду? Чтобы хоронить прямо в нем?
Амброзий весело рассмеялся, хотя в его глазах промелькнула тень.
— Ничего подобного, леди Элиана. Это платье, чтобы вы чувствовали себя уверенно и выглядели великолепно. Мы с вами знаем, что внешний вид имеет значение.
— Может, для некоторых. Но для меня важнее, чтобы платье было удобным, — ответила я, пытаясь скрыть нервозность.
— Так давайте примерим!
Амброзий помог мне надеть платье. Его руки были уверенными и ловкими, каждый шов и складка были на своём месте.
— Кстати, — начала я, пока Амброзий возился со шнуровкой, — что ты знаешь о свите генерала?
Амброзий на мгновение задумался, продолжая работу.
— Не так уж и много. Военные обычно не делятся своими историями с теми, кого считают предателями. Знаю, что Герхард и Жан — бывшие солдаты армии северных драконов. Жан почти год провел в плену Вальтеры. Там потерял руку. Король драконов не очень-то жалует обмен пленными, но генерал все же смог его убедить. Герхард явно из офицеров, но про него я знаю меньше всего.
— А Юджин? — спросила я, стараясь не двигаться, чтобы не нарушить работу портного.
— Юджин не воевал, — ответил Амброзий, его голос стал мягче. — Он слишком добрый и чувствительный для этого. Его определили в пехоту, но в бой он так и не пошел. Говорят, генерал буквально вытащил Юджина из петли, беднягу хотели показательно повесить за трусость.
Я тяжело вздохнула. Недаром Эйдена так любят его слуги. Это не случайная преданность, дракон ее заслужил. А мастер Корвин? Он как раз не похож на вояку.
Тем временем Амброзий взял юбку и начал аккуратно прикалывать её к лифу, проверяя каждую складку.
— А у Эйдена есть враги? — спросила я, пытаясь понять, кто мог желать ему зла.
Амброзий замер на мгновение, затем продолжил работу.
— У каждого правителя и военачальника есть враги, — сказал он. — Почему вы спрашиваете?
Я колебалась, стоило ли рассказывать о своём открытии Амброзию. Даже самого надёжного человека из окружения Эйдена могли заставить, угрожая, околдовать. Но Амброзий сидит в темнице, без права выхода, без зеркал, практически без магии. Он был единственным, кто точно не мог отравить Эйдена. А мне так нужно было с кем-то поговорить…
— Мало ли, я просто подумала, что плохо знаю его окружение, к тому же мастер Корвин меня смущает, — тянула я время.
Амброзий вздохнул, оставил юбку и встал передо мной, сложив руки на груди.
— Я все равно не могу так работать, ты ерзаешь и нервно топаешь ногой, — за спиной Амброзия едва заметно колыхались огненные крылья, похоже он уже начинал сердиться.
— Ничего, просто переживаю.
Я хотела увильнуть от ответа, но сапфировые глаза феникса искрились, магические существа отлично чувствовали ложь. А еще меня вызвали красные уши и искусанная губа. И я сдалась:
— Эйдена, то есть Его Высочество генерала Эйденбрана отравили! — выпалила я, и поток мыслей водопадом полился наружу, — да, он добр к людям и вроде как милостив, но он дракон. Драконы подчинили людей, и многим это не нравится, ведь так?