На Тихом океане все идет своим чередом, почти как в Основном Потоке. Единственное значительное отличие в том, что американцам оказалось нечем совершать рейды к Маршалловым островам и архипелагу Гилберта, так как оба их авианосца были упокоены на морском дне еще во время рейда соединения адмирала Нагумо к Перл-Харбору (не зря я дарил этому достойному адмиралу тактический планшет орбитальной сканирующей системы). Будучи единственным зорким зрячим среди слепых и близоруких, этот самурай двадцатого века показал янки, где живут западные демоны. На Филиппинах американские войска и их местные союзники загнаны на полуостров Батаан без всякой надежды на спасение. В Голландской Ост-Индии японцы уже взяли Борнео и Целебес, а буквально только что их морской десант высадился на Бали. Малайя полностью захвачена японцами, и теперь в разгаре битва за Сингапур. Порт-Артур в полной изоляции держался полгода, а вот главная британская база на стыке Тихого и Индийского океанов падет за шесть дней. После этого японцы где-то в течение полутора лет смогут гонять англосаксов по Тихому океану ссаными тряпками, ибо, если сражение в Коралловом море или рейд Дулитла (что-то одно) еще возможны (с летальным для янки исходом), то битвы за Мидуэй в том мире уже не предвидится. Таким образом, время для моего разговора с адмиралом Ямамото приблизилось, но пока не наступило.
И, кстати, о техногенных порталах. Когда Конкордий Красс рассортировывал пассажиров первого и второго классов, в поле его зрения попал Корней Октавий Пизон, главный конструктор прыжковых подпространственных приводов на одной из крупнейших космических верфей Неоримской империи «Коллегиум Сульпициев и Куриациев». «Солнечный Ветер», кстати, был построен на их стапеле, а это само по себе рекомендация. Господин Пизон налегке, без жены и без положенной по статусу наложницы, совершал круговой круиз по самым веселым местам Империи. Обычная стоянка в узловых точках популярного маршрута — от трех суток до недели, благодаря чему беспечный турист вполне успевает спуститься на поверхность, чтобы испытать все соблазны миров-курортов. Однако примерно с четверти своего маршрута праздношатающийся вояжир угодил сначала к пиратам, где ему светил выкуп астрономических размеров, а уже потом с концами попал в наши нежные объятья.
Посылать такого специалиста на полевые работы или даже использовать по административной части было бы ужасной дурью и диким расточительством. Поэтому моим приказом господина Пизона перевели на «Неумолимый» с назначением на должность начальника группы обслуживания главного прыжкового генератора. Конечно, для этого человека эта позиция тоже была мелковатой, но хотя бы соответствовала его профессиональному профилю. Впрочем, господин Пизон не обиделся, понимая, что по профессиональной линии это потолок того, что мы можем ему предложить, и с головой погрузился в изучение матчасти (которая в его времена была уже ужасной древностью) и обучение подчиненных, набранных по результатам психосканирования на соответствие специальности, но не имевших никаких профессиональных знаний.
За этим делом господина Пизона и настиг Призыв, ибо на «Неумолимом» я проводил даже больше времени, чем в Шантильи. Страшная встречная клятва его ошарашила, а доступ в Единство привел в шок. На такой уровень взаимодействия со своими подданными не поднимался ни один из неоримских императоров, будь он добрейшим из добрейших. Правда, и у меня в Единстве не просто подданные, а воители и воительницы, да элита гражданского актива. Если моя внутренняя сущность сочла возможным принять у этого человека страшную встречную клятву, значит, он того достоин. И подтвердилось это довольно быстро.
Почти с самого первого дня существования в нашем обществе Корней Октавий Пизон знал, что император (то есть я) и некоторые его приближенные наделены способностью открывать порталы между различными мирами. А еще товарищ Пизон был человеком грамотным и отлично подкованным в теме прокола трехмерной метрики, и потому прекрасно понимал, о чем речь. Сказать честно, он и его коллеги-инженеры по подпространственному прыжковому оборудованию разбираются в этом вопросе даже лучше, чем корабельные навигаторы. Знают они и то, что принципиальная схема прыжкового генератора еще старая Римская империя целиком заимствовала у Кораблей темных эйджел, а те, в свою очередь, в таком же виде переняли ее у Древнего… И у неоримлян, и у эйджел выход за границы текущей плоскости событий считался явлением катастрофическим, а вот Древний относился к такой возможности более утилитарно, раз уж встроил ее в свой джамп-генератор.
