"Теннеси" горел. Старый корабль принял в себя не меньше двадцати попаданий, сам ни разу не поразив противника - но пока еще держался. Хотя стреляла лишь одна башня из четырех. Спасала, как ни странно, отличная баллистика вражеских пушек, высокая скорость их снарядов - попадания шли по настильной траектории, в борт и надстройки, причиняя страшные разрушения и пожары в небронированных частях, но броневой ящик "цитадели" по ватерлинии не был поврежден. Мачты и труба были снесены, но антенны уцелели - а скорее всего, матросы дивизиона живучести ползают там под огнем, соединяя порванные кабели, чтобы работали связь и СУО. И страшно было представить, какие там потери в экипаже.
- Но это война - подумал Спрюэнс - и ведь "Теннеси" был включен в состав соединения в последний момент, считалось что его девятнадцать узлов безнадежно свяжут эскадру, а значит, он не примет участия в бою. Немцев считали дичью а не охотниками, мы строили планы как поймать Тиле, а не как отразить его атаку. Жаль парней - но если бы не было "Теннеси", все эти снаряды достались бы нам.
Бой поначалу все же развивался успешно. Казалось, немцы сами лезут в капкан, впереди "Теннеси", в то время как "Нью Джерси", пользуясь преимуществом в скорости, обходит справа, и эскадра Тиле оказывается зажатой в два огня с разных сторон, поврежденных добьют эсминцы, а хвост конвоя прикроют крейсера. Если же "берсерк" повернет влево, пытаясь обрезать конвою корму, то под удар "Нью Джерси" сначала попадают слабейшие, "Шарнхорст" и "Зейдлиц", а после их расстрела и "Ришелье" с "Гнейзенау" не уйти. Мы задержались с пристрелкой, и успели даже получить, не слишком, но неприятно - но ответ был сокрушителен: "Гнейзенау" взорвался! И почти одновременно, доклад - два последних корабля немцев уходят на запад. А "Ришелье" остается на прежнем курсе, не давая их преследовать!
Где этот чертов Олдендорф? Он должен был спешить сюда, нам на помощь, так быстро, как только может! Будь у нас четыре линкора против даже всех семи - и спорить было бы не о чем. Теперь остается лишь скорее потопить флагман Тиле и идти на выручку крейсерам. "Санта Фе" и "Монпелье" сумеют задержать противника, но ненадолго, два легких крейсера против линейного и тяжелого, это слишком разная весовая категория. Есть еще эсминцы - но шанс на успех дневной атаки слишком мал.
Кто там сказал, что планы живут до столкновения с врагом? Черт бы побрал этих гуннов, прорвавшихся к "Интрепиду"! В воздухе творится непонятно что - самолеты, поднятые с эскортных, пытаются атаковать гуннов, те огрызаются зенитным огнем, а еще появляются "мессершмидты" и начинается свалка, что не добавляет хладнокровия пилотам - какой - то недоумок на "авенджере" умудрился отбомбиться по "Кросби", как можно спутать эсминец постройки 1919 года с немецким крейсером? Теперь зенитчики стреляют, как кажется отсюда, почти по любой воздушной цели, оказавшейся в пределах досягаемости, не работает привычная по Тихому океану тактика, истребители в дальней зоне, зенитки над кораблями, слишком близко сошлись эскадры, прямо над палубами идет воздушный бой, и если мои парни еще как - то отличают своих и чужих, то эскортные этому не обучены! По докладу, уже сбили четверых - не удивлюсь, если половина окажется своими. И этого проклятого "Ришелье" все не удается разбить, а два других гунна уже стреляют по крейсерам!
Адмирал принимал доклады, представляя поле боя. И отдавал приказы, подобно шахматисту, передвигающему фигуры. "Теннеси" развернуться, полуциркуляция вправо, и на контркурс, идти на выручку крейсерам. А "Нью Джерси" продолжить движение на юго - восток - если немец будет по - прежнему идти на конвой, то он подставит нам корму, где нет орудийных башен, "мертвый сектор", и мы начнем бить его совершенно безнаказанно, значит он отвернет вправо, от конвоя. И мы сделаем его, черт возьми!
"Ришелье" не отворачивал. Он мог бы уже достать до конвоя, но ему мешала дымовая завеса, поставленная эскортными кораблями. У гуннов не было хороших радаров, тем более связанных с СУО, он не мог стрелять, не видя цель. Теперь он развернул башни вправо, и "Нью Джерси" начал получать попадания - в носовую часть, хорошо что выше ватерлинии, в надстройки, в лоб второй башни (без пробития, но несколько человек были убиты и ранены осколками, отлетевшими от брони). Пожалуй, не следует отпускать "Теннеси" - подчинившись переданному приказу старый линкор начал обратный поворот. Адмирал понимал, что у избитого корабля есть все шансы не пережить этот бой - но другого выхода не видел. Если немецкий линкор, управляемый взбесившимся маньяком - убийцей, врежется в строй транспортов, стреляя на оба борта из всего, включая зенитки, будет бойня, тысячи тел в воде, расстреливаемые и под винтами. Значит, допустить этого нельзя, любой ценой.
