Вот некоторые из фактов: Леонард Дайкес сорока одного года. В первый день нового года его выловили из Восточной реки, где он зацепился за Сваю, вбитую в дно. Последние восемь лет он был делопроизводителем в адвокатской фирме «Корриган, Филпс, Касбон и Бриггс». Прежде фирма называлась «О’Маллей, Корриган и Филпс», но год назад О’Маллея лишили адвокатских прав, что вызвало реорганизацию фирмы.
Дайкес был одинокий, непьющий, весьма уважаемый человек и работал хорошо. Каждый вторник по вечерам он играл с приятелями в карты на небольшие деньги. Имел двадцать пять тысяч долларов в государственных облигациях, немалый счет в банке и тридцать акций банка «Юнайтед Стейтс Стил». Все это унаследовала его единственная родственница — замужняя сестра, постоянно живущая в Калифорнии.
Никто из известных полиции людей не питал к Дайкесу ненависти, не боялся его и не желал ему зла. В одном из многочисленных Отчетов я наткнулся на такую фразу: «Абсолютно не интересовался женщинами». В материалах дела была фотография погибшего, сделанная после того, как его вытащили из реки (очень плохая), а также найденные в его квартире прежние снимки этого человека. Честно говоря, до своей смерти Дайкес был не менее безобразным, чем после нее. У него были глаза навыкате и подбородок, отстоящий от нижней губы на четыре дюйма.
Другие факты, найденные в материалах об убийстве Дайкеса, были связаны с делом так, как любой из названных выше.
Дело Джоан Веллимэн полицейские из Бронкса представляли именно так, как и подозревал отец жертвы, который, надо думать, не видел материалов.
Они не придали значения встрече в пятницу, о которой мисс Веллимэн сообщила родителям. Тем более что среди ее коллег не нашлось никого, кому бы она обмолвилась об этом хоть словом. Я дал весьма низкую оценку их работе. Ведь известно, что все конторы полны сплетен и мелкой зависти. Естественно, у дочери нашего клиента хватило здравого смысла держать язык за зубами, что касалось ее личных дел. Независимо от поисков автомашины, полицейские из Бронкса интересовались, в основном, поклонниками Джоан Веллимэн. Для этих посредственных олухов нет работы приятнее, чем допрос молодого человека, часто виденного в компании молодой девушки, которую постигла внезапная насильственная смерть. Какие вопросы могут они задавать? Какие темы затрагивать, ничем не рискуя, не обращая внимания на то, кем является допрашиваемый?
Вот почему полицейские из Бронкса не давали жизни поклонникам погибшей, а в особенности одному специалисту по рекламе — Атчисону. Я думаю, что причина была проста, В имени бедняги встречались буквы «А» и «ч», которые чьи-то зоркие глаза высмотрели в фамилии Арчер. Ну надо ли чего-нибудь еще? На свое счастье, в пятницу, второго февраля, Атчисон уехал из Нью-Йорка поездом в четыре тридцать, чтобы провести уик-энд у приятелей в Уэстверте. Два следователя старались почем зря, желая опрокинуть алиби, но успеха не достигли.
Из полицейских материалов я узнал, что Джоан была не только привлекательна и умна, но и по-старомодному добропорядочна. Поэтому тройка ее разыскиваемых поклонников находилась абсолютно вне подозрений. Они восхищались ею и относились с почтением. Один — уже год как сделал мисс Веллимэн предложение и не терял надежды. Если даже кто-то из них и имел повод желать ей смерти, полиция Бронкса не напала на след, подтверждающий это.
Возвратившись домой, я отпечатал для шефа информацию на машинке и принял телефонные сообщения от Саула, Фреда и Орри.
Значительную часть среды я провел в издательстве Охолла и Хэнна на Сорок пятой улице. Это учреждение занимало два этажа, и было видно, что на ковры и меблировку здесь не жалеют денег. Мне было сказано, что мистер Охолл находится во Флориде, а мистер Хэнн никогда не приходит раньше половины одиннадцатого. Поэтому я задержался в кабинете их помощника, жующего резинку и которому не мешало бы посетить парикмахерскую. Когда я показал ему рекомендательное письмо нашего клиента, он заявил, что фирма охотно поможет достойному жалости отцу умершей служащей и я могу задавать вопросы всему персоналу, начиная с него, если только мне это понадобится. Но что можно добавить? Вчера трое из полиции пробыли
Во время уик-энда я дважды разговаривал с Перли Стеббинсом. Мы двигались медленно, но то же можно было сказать и о фараонах. Правда, они откопали в Вирджинии какого-то Берта Арчера, но ему было восемьдесят с лишним лет, и он не умел ни писать, ни читать. Главной задачей было установить связующее звено между убийством Дайкеса и Джоан Веллимэн, над чем корпели три самых лучших сыщика Крамера.
— Ерунда!— буркнул шеф, когда я рассказал ему об этом в воскресенье вечером.— Я сам им это подсунул.
— Разумеется,— отозвался я не без сочувствия.— И это тебя так переутомило?
— Я не переутомлен. И вообще не устал.
