Мужики растерялись. Их можно было понять, впереди ждала смерть, не от голода, так от холода. И помощи ждать неоткуда, в соседях только две такие же нищенские деревеньки. Видно было, что Карновка – это была их последняя надежда, как мужик прячет последнюю монету на последний, самый крайний случай. А тут оказывается, что - монета-то фальшивая. До них никак не доходила, что же теперь делать, а Карно все не мог подвести их к нужной мысли. Пришлось Ольту идти мужикам на помощь. Он потихоньку, стараясь быть незаметным, из-за спины Карно мимикой показал крестьянам: «кланяйтесь, кланяйтесь». В этом мире кланялись в пояс или даже становились на колени только перед благородным, признавая его своим хозяином, ответственным за жизнь и смерть своих подданных. Феодализм во всей своей красе. Некоторые даже клятву верности давали. Впрочем, это касалось в основном воинов, но и простые крестьяне могли поклясться, подтверждая этим самым право на суд над собой. Но на то они и крестьяне, что всегда старались получить максимально все, что возможно и при этом не поступиться хоть чем-то своим и тем более взваливать на себя какие-то обязательства. Но это не устраивало Карно, и он упорно делал вид, что до него не доходит. Не повезло крестьянам нарваться на такого же местного уроженца, как и они сами, да еще и повоевавшего в далеких краях и набравшегося там такого опыта, что им и не снилось. Он видел их, как облупленных и заранее знал все их крестьянские хитрости. Это не какого-нибудь северного барончика дурить. До мужиков наконец дошло, что здесь не проходят их жалобы и стенания, и они, в начале Кристо с Трельтом, а потом и все остальные бухнулись на колени.
- Будь нашим господином, Карно... Карновильт… – крестьяне замялись, не зная, как его теперь величать. Косым? Не обидится ли? Вон как судьба его вознесла, он уже не простой воин, коего можно обозвать по-всякому.
- Черномор. – подсказал Ольт из-за спины воеводы громким шепотом. Что его натолкнуло на это? Из каких глубин памяти вылезло это имя, он и сам не сказал бы. Может потому, что за спиной стояли бойцы его дружины, как тридцать три богатыря? А может сыграла свою роль подспудная тоска по Земле, по прежней жизни, вот и вылезло наружу хоть что-то, напоминающее о прежнем? Как бы там не было, а имя было произнесено.
… Черномор! - хором не хором, но получилось у крестьян почти слитно, хоть и немного в разнобой.
Хорошо, что Ольт стоял позади Карно и не видел его изумления на его лице. Даже широкая спина казалось выразила некоторое удивление. Благо, что Карно не растерялся и принял происходящее внешне вполне невозмутимо, да и крестьяне только преисполнились уважения, приняв выражение некоторой ошарашенности на его лице за знак неудовлетворенности. Ну вот такое оно – начальство. А Ольт вздохнул, вот кто его за язык тянул, теперь вспоминай поэму великого поэта, ведь как-то придется теперь оправдываться за необычное в этих местах прозвище.
- И куда же от вас деться? – проворчал Карно, раздраженный неожиданным именем и крестьянским хитромудрием. Помолчал, будто раздумывая и мстительно добавил, – я подумаю. Ответ скажу, после того как поедим. Свельт! Каша готова?
- Уже несу, господин воевода!
Дети, от трех до четырнадцати лет уже толпились возле костров, где кашевары щедро насыпали им в подставленные разнобойные глиняные и деревянные плошки кашу с вяленным мясом. Тут же кучковались бабы и подошедшие мужики. Это дало Карно и Ольту без лишних ушей обсудить свои дальнейшие действия. Но в начале Ольту пришлось коротко отчитаться насчет неожиданного имени и пообещать вечером прочитать прекрасную балладу заморского мореплавателя Архо Меда, оказавшегося ко всему прочему еще и поэтом. Потом подошли Кольт с Серьгой и принесли каши на всех четверых. Стало не до заморских поэтов. Перекусили. Не успели запить обед отваром, как невдалеке уже скопились крестьяне. Невтерпеж им было скорее решить вопросы, связанные в буквальном смысле с их жизнью и смертью. Карно не стал их долго мучить и махнул рукой, подзывая их поближе.
- Ну так что мужики, не передумали под мою руку идти?
Крестьяне, они наверно и в другом мире такие крестьяне – долго запрягают, но быстро ездят. Видно было, что уже на что-то решившись, они от своего не отступят, и даже если кто-то будет возражать, то они только укрепятся в своем решении. Карно только вздохнул, хоть они с Ольтом уже просчитали ситуацию и в сущности он был готов к подобному исходу, но все-таки лишняя ответственность и добавочные хлопоты ложились именно на его широкие плечи.
- Тогда скажите мне, в вашем баронстве еще же есть деревеньки?
- Как не быть, есть еще Медвежий ручей и Березняки. – ответил Кристо, которого крестьяне видно выбрали за старшего, так как молча, но настойчиво выдвигали его вперед. – Было еще две, но одна деревня, во главе которой был Брано уже к тебе ушла, а другая была вотчиной барона Бродра. Но как он пропал, так и о деревне той ничего не слышно. И людей оттуда нет. Наверно ее барон Кредрон первой захватил.
