— Не дайте ему забрать меня! Не дайте ему забрать меня! — кричал он.
Он пробежал мимо ужасной фигуры и вошел в мир за воротами. Воздух схватил его и унес в темноту, как лист, подхваченный штормовым ветром. Через мгновение он исчез.
Огромная тень отвернулась от проглотившей Кевина темноты и потекла к кругу вязов. Руки мамы, лежавшие на плечах Джинни, толкнули ее вперед, в объятия призрака.
Внезапно призрачный труп остановился, его руки опустились. Широко раскрытые глаза смотрели в никуда, в небытие. Из его костей послышался голос:
— Это она и есть? Разве она из моего рода?
Мать громко ответила, что это действительно она. И она действительно из рока Цирика.
Тень, казалось, повернула голову и стала внимательно разглядывать Джинни. Она какое-то время глядела на девочку сверху вниз, потом накинула на голову изорванный капюшон. Капюшон скрыл ее лицо. И все создание начало таять, уменьшаться, съеживаться. Джинни услышала, как мама сказала:
— Пятнадцать сотен лет во тьме. Твоя жизнь спасла деревню. Наша клятва исполнена, ты вернулся. Добро пожаловать, Цирик.
Что-то извивалось под изодранным капюшоном.
— Вперед, дитя, — сказала Мать. — Возьми зайца.
Джинни заколебалась. Она посмотрела кругом. Скарроумены, похоже, улыбались под своими масками. Рядом стояли еще две девочки. Каждая из них держала дрыгающегося зайца. Мать отчаянно замахала руками:
— Джинни, давай. Страх окончился, на сегодня. Ты больше не отверженная. Только ты можешь коснуться зайца. Ты — из его рода. Цирик выбрал тебя. Быстро возьми его. Принеси его. Принеси его сюда.
Джинни, на спотыкающихся ногах, шагнула вперед, протянула руку под вонючие лохмотья и нашла перепуганное животное. Прижав коричневого зайца к груди, она почувствовала поток из прошлого — голос, мудрость, дух человека, который вернулся. Деревня сдержала обещание, данное пятнадцать сотен лет назад, когда он отдал жизнь за
Цирик вернулся домой. Великий охотник вернулся домой. Теперь у Джинни есть он, а у него — Джинни, и она станет великой и мудрой, и Цирик будет ее губами говорить мудрые мысли, которые он узнал в Темноте. Заяц умрет в свое время, но Цирик и Джинни будут делить человеческое тело до тех пор, пока оно не уйдет само.
И Джинни почувствовала огромную радость, увидев образы той древней земли, увидев крепости, холмы, дороги и лесные святилища — все они текли в ее сознание. Она услышала лай гончих, ржанье лошадей и песни жаворонков, она почувствовала холодный ветер и вздохнула запахи великих лесов.
Да. Да. Именно для этого она родилась. Ее родители пожертвовали собой, чтобы освободить ее и дать Матери приготовить ее к этому мгновению. И когда Отец приводил Цирика на край темного мира, тот связывался с ней и она видела ночной кошмар.
Отец! Отец наблюдал за ней, как часто говорили все в деревне. Именно Отца она видела, редкие образы Повелителя, который всегда приносит возвращающегося мертвого к месту празднования «Кануна Повелителя».
Цирик долго шел домой, очень долго. Потребовалось много времени, чтобы уговорить Повелителя освободить его, разрешить ему передать деревне знание, которое он накопил, живя в темном мире, помочь Скэрроуфеллу и его жителям защищать глаза и умы от вторжения путаницы и неразберихи. Но даже и тогда Цирику пришлось ждать, долго ждать… пока Джинни не выросла. Его род. Он выбрал ее проводником.
Джинни, его новый защитник, бережно прижала животное к груди. Заяц дергался в ее объятиях, но в его глаза сияла радость.
На мгновение она почувствовала печаль, ей было жалко бедного преданного Кевина, но это быстро прошло. И когда она ушла от ворот, она добровольно присоединилась к молитве Повелителю, ее полный энтузиазма голос взлетел вверх, запел вместе с громыхающей толпой:
День перед запланированным экспериментом начался с того, что Мартину и Ивонн, нашим обоим ИМА-клонам, в последний раз разрешили войти в наблюдательную лабораторию.
