Никакого прогресса. Вопреки осторожным замечаниям Карлоса Эстевеса, подтверждается мое первое впечатление. Это аутизм.
Заказал по почте несколько книг. В том числе воспоминания Жан-Марка Гаспара Итара – того самого врача, что наблюдал маленького дикаря из Аверона. Я по-прежнему склонен думать, что Хуан получил начатки человеческого воспитания. Взять, например, тест с зеркалом. Хуан ничуть не удивился, увидев свое отражение. Но главное, он понял, что это именно его отражение. Кажется даже, оно его позабавило.
Новые тесты, новые упражнения. Очень медленно обучаю его прямохождению. Он делает несколько шагов, а затем возвращается в свое любимое положение: на четвереньках, спина дугой, руки вывернуты внутрь. Я должен продолжать работу. Как говорит апостол Павел, «любовь долготерпит…»[71].
Рио-Бермехо. Алая река. Вот уже два дня, как я плаваю в окрестностях Кампо-Алегре. Останавливаюсь в каждой деревне. Вернее, это даже не деревни, а так, небольшие поселения. Проповедую. Раздаю продукты и лекарства. Слушаю. Утешаю…
И убеждаюсь, что существование Хуана – отнюдь не новость для местных жителей. Они знают про мальчика. Видели его на реке. Пару раз даже ловили, но ему удавалось удрать.
Прогресс, и какой! Хуан ходит. Спину по-прежнему выдвигает вперед, словно боится до конца разогнуться, но ходит. Учится простым действиям. Самостоятельно одевается. Пьет молоко из чашки. Показывает пальцем на предметы. Я позволяю ему свободно гулять во дворе нашего дома. Мне даже удалось заставить его спать в кровати. Правда, перед тем как заснуть, он вылезает из постели и забирается под кровать.
Хуан чувствует себя намного лучше. Прибавил в весе. Наращивает мышечную массу. К нему вернулась способность передвигаться на двух ногах. Homo viator, spe erectus. Держаться в пути прямо человеку помогает надежда.
Получил первые из заказанных книг, в том числе дневник Итара. Поэтапно следую его методике. Хуан показывает неплохие результаты. Если бы не проблема с устной речью, я сказал бы, что у него умственное развитие пятилетнего ребенка. Но это пока.
Вчера заметил одну деталь и удивился. Хуан сидел в глубине сада и, по своему обыкновению, раскачивался взад-вперед. Я подошел поближе – он пел. Воспроизводил мелодию. Мне даже показалось, что он силится произнести слова. Неужели к нему возвращается память о событиях, предшествовавших жизни в лесу?
Время идет, и успехи Хуана множатся. Он в первый раз попробовал мясо. Вначале обнюхал его. Потом осторожно попробовал. И – не съел, а сожрал. Я подошел, чтобы похвалить его. Он поднял ко мне лицо. Мне стало страшно. Его взгляд… Он был затуманен, словно вкус крови опьянил ребенка. Он смотрел на меня откуда-то из глубин своей животной жизни…
Теперь в ежедневный рацион Хуана входит кусок мяса. Он явно предпочитает его всякой другой пище. Прав я или ошибаюсь, но мне кажется, что этот вкус свидетельствует о том, что когда-то он жил среди людей. Впрочем, он делает быстрые успехи. Например, выучил буквы по кубикам. Неужели он когда-нибудь научится читать?
