Гостиница, в которой нас разместили, превзошла все ожидания – просторные комнаты, с мягкими коврами, мебелью из полированного дерева и, что особенно поразило меня, с системой горячего водоснабжения. Достаточно было повернуть специальный кран, и в медную ванну лилась горячая вода – немыслимая роскошь по меркам провинциального Мареля.
– Ты только взгляни на это! – восхищался Марк, рассматривая причудливые механизмы в ванной комнате. – Какая инженерная мысль! Нам обязательно нужно будет установить нечто подобное в «Доме Кооператива» после возвращения.
Я улыбнулась, наблюдая за его детским восторгом. Несмотря на усталость, в его глазах горел огонь любопытства и жажды новых знаний. Этим он всегда и привлекал меня – своим неиссякаемым энтузиазмом и способностью видеть возможности там, где другие замечали лишь трудности.
– Сначала нужно произвести впечатление на советника Эдвингтона, – напомнила я, распаковывая дорожную сумку. – А потом уже думать о горячей воде для всего Мареля.
После ужина в небольшом, но уютном ресторанчике, где нам подали блюда, названия которых я даже не смогла выговорить с первого раза, мы вернулись в наш номер и долго стояли у окна, глядя на вечерний Ройлтон. С высоты четвертого этажа город казался волшебным – тысячи огней отражались в темных водах реки, величественные здания из белого камня подсвечивались фонарями, а над всем этим возвышался королевский дворец на холме, словно корона над городом.
– Красиво, – задумчиво сказал Марк. – Но я все равно предпочитаю наш Марель. Там… настоящее. А здесь все будто немного показное.
Я понимала, что он имеет в виду. Столица поражала великолепием, но в ней не чувствовалось той душевности, той искренности, которая пропитывала каждый камень Мареля. Здесь все казалось чуть более холодным, чуть более расчетливым.
– Интересно, как там наши? – спросила я, думая о лавке, ресторане, всех друзьях и партнерах, оставшихся в Мареле. – Надеюсь, с восстановлением после наводнения все идет по плану.
– Не сомневаюсь, – уверенно ответил Марк. – Гидеон и Освальд – надежные люди. К нашему возвращению все будет в порядке.
На следующее утро мы проснулись с первыми лучами солнца, хотя встреча с советником была назначена только на полдень. Нервное возбуждение не давало лежать в постели. И после завтрака мы решили прогуляться по городу, чтобы скоротать время и немного успокоиться.
Дневной Ройлтон был совсем другим – шумным, деловитым, полным жизни. По широким улицам сновали экипажи всех мастей, торговцы громко расхваливали свой товар, ремесленники работали прямо на улицах, а элегантно одетые горожане неспешно прогуливались, рассматривая витрины многочисленных магазинов.
– Смотри-ка, – я указала на большое здание на углу центральной площади, – этот ресторан похож на то, что мы планировали изначально.
Мы подошли ближе, разглядывая роскошный фасад, украшенный морскими мотивами, и элегантную вывеску «Морской дракон». Через большие окна были видны просторный зал, официанты в строгих костюмах и посетители, неторопливо наслаждающиеся едой.
– Непохож, – покачал головой Марк, заглянув в карту блюд, выставленную у входа. – Выглядит роскошнее, но не лучше. Цены в три раза выше наших, а судя по описанию, ничего особенного они не предлагают. Просто типичная столичная напыщенность.
Время пролетело незаметно, и вскоре мы уже стояли перед внушительными дверями канцелярии советника по торговым делам. Нас сразу же проводили в просторный кабинет, где у окна стоял высокий худощавый мужчина лет пятидесяти с аккуратно подстриженной седеющей бородой и проницательным взглядом.
– Госпожа Хенли! Господин Хольт! – он энергично шагнул нам навстречу с широкой улыбкой. – Я так много слышал о вас от инспектора Коллинза. Рад наконец познакомиться лично.
Советник Эдвингтон оказался неожиданно простым в общении человеком. Без лишних церемоний он предложил нам сесть в удобные кресла у камина и сразу перешел к делу.
– Ваша история меня чрезвычайно заинтересовала, – сказал он, внимательно глядя на меня. – Молодая женщина, которая не только возродила дело своего отца, но и создала принципиально новую форму организации торговли, объединив мелких производителей. И все это в провинциальном городке, который до недавнего времени находился под контролем… скажем так, не самого прогрессивного олдермена.
Я скромно опустила глаза, хотя внутри разливалось приятное тепло от этих слов признания.
– Я просто делала то, что казалось правильным, господин советник. Кооператив – это естественный способ помочь людям, которые сами по себе слишком малы, чтобы противостоять крупным торговцам или недобросовестным чиновникам.
– И при этом вы умудрились создать один из самых интересных ресторанов на побережье, если верить отчетам инспектора, – добавил Эдвингтон. – Ваши методы приготовления рыбы он описывает как… – он заглянул в бумаги на столе, – «революционные и способные изменить всю гастрономическую культуру королевства».
