– Ты главного не увидела и не поняла. А я вот поняла! – Наташа подняла указательный палец кверху. – У нее был вид человека, которого достали уже подобные визиты, связанные с ее братом. Возможно, накануне у нее состоялся неприятный разговор с родителями, которые выносили ей мозг и упрекали за то, что она вовремя не поделилась с ними проблемами брата. Или же она вернулась домой после допроса Журавлева, где ее завалили вопросами о брате, а тут еще и мы приперлись! Кроме того, у нее есть еще и своя жизнь, и кто знает, что там сейчас творится? Может, у нее неприятности на работе. Она ветеринар, может, потеряли какую-нибудь дорогую собаку, я не знаю… Или пришлось усыпить…
– Стоп! – вдруг воскликнула Женя. – Усыпить, говоришь? Она же ветеринар, а это значит, что у нее под рукой всегда есть яд для усыпления животных. Я как-то упустила из виду, чем именно была отравлена Каштанова.
– Так позвони Павлу и спроси.
– Ну уж нет… – снова занервничала Женя, тяжело дыша.
– Боишься, что он увидит свекольные пятна на тебе?
– Не смешно, Наташа. Я могу, конечно, позвонить и спросить, но что мне это даст?
– Задашь ему конкретный вопрос: применяют ли яд, которым была отравлена Каштанова, в ветеринарии. Напомнишь, что Лиля Агневская – ветеринар. Он задаст этот вопрос своим экспертам, и все!
– А может, мне позвонить все-таки Реброву?
– Можешь и Валере. Так даже проще будет. Ну какая же ты трусиха, Женька!
Женя позвонила Реброву, задала вопрос про яд.
– Он сказал, что завтра утром ответит.
– Вот и хорошо. А теперь поехали домой, отмываться. Главное, чтобы нас не увидели наши мужья.
По дороге домой старались не говорить про Агневскую – вспоминали про воскресшую «девочку Валечку», Вику Горную. После встречи Вали с Юрием Женя с Наташей решили оставить их в покое, отпустить. Им было о чем поговорить. И хотя сама Валя и ее появление никоим образом не могли помочь следствию, по мнению Жени, однако уж точно избавляло Юрия от последствий детской психологической травмы.
Уже у ворот дома Женя призналась Наташе, что соскучилась по сыну, что чувствует себя виноватой в том, что большую часть времени он проводит со своей няней Соней, а не с мамой.
– И по Борису соскучилась. Знаешь, у меня такое чувство, будто бы я сегодня целый день ему изменяла. Этот Журавлев… Он просто не выходит у меня из головы. Как только подумаю о нем, у меня словно сердце останавливается. И что делать, Наташа?
– Оставайся в этом состоянии как можно дольше. Это незабываемые ощущения. Вот увидишь, все вокруг тебя будет переливаться и сверкать… Твоя жизнь наполнится приятными эмоциями. Кровь забурлит… И не надо изводить себя чувством вины. Ты же мужу не изменяешь, а просто увлеклась молодым красивым парнем. Пусть это тебя подстегнет, прибавит сил…
– Да какие уж силы?! Наоборот, меня вся эта история выматывает! Я так боюсь разочаровать Павла, показаться ему полной дурой!
– Так, ладно. Хватит уже изводить себя. Видишь, окна на кухне горят, вероятно, нас не дождались и ужинают.
– Борис мне не звонил… Даже не спрашивает уже, где я, чем занимаюсь…
– Вот и хорошо! Значит, сам занят, у него работы знаешь сколько?! Не забывай, что он защищает Юрия. Так что ты в первую очередь помогаешь не Павлу, а своему мужу. Вот так внуши себе и продолжай искать убийцу Каштановой. А я буду на подхвате!
Войдя в дом, женщины первым делом бросились приводить себя в порядок и появились на кухне уже чистые, в домашних халатах.
На кухне ужинал только Петр. Бориса не было.
– Он позвонил и сказал, что задержится. А вы, девочки, где были? Где вас целый день носило? Я детей всех уложил, за хозяйством здесь присматриваю…
– Петя, представляешь, та девочка, что пропала в Сапроново, оказывается, жива! – И Наташа, не давая возможности вставить слово, обрушила на него историю «воскрешения» Валечки.
– Да при чем здесь она? Нет, история, конечно, потрясающая и наш подзащитный теперь избавится от своих страхов, – сразу понял положительные результаты этого события Петр, – но как это поможет ему выпутаться из этого уголовного дела? Это просто удивительно, что его вообще выпустили под подписку о невыезде. Он же первый подозреваемый в убийстве! Мы говорили с Борей, там все настолько запутанно! Эта Каштанова отправилась в лес на машине мужа своей сестры, хирурга… Хорошо, что у него было алиби, иначе и его бы задержали. Вообще, не понимаю, что произошло… Очень трудное дело, признаюсь.
– И не говори, – согласилась с ним Наташа. – Что у нас сегодня на ужин?
– Посмотри в сковородке, там котлеты. Картошка… Я сам приготовил салат, он в холодильнике. Разогревайте, сейчас приедет Ребров.
– Валера? – оживилась Женя. – Он позвонил вам?
– Да, позвонил. Он же вежливый человек. Сказал, что у него есть что рассказать Борису.
– Но Бориса-то еще нет… Петр, а вам он не звонил? Что-то пропал…
– Кажется, у него была встреча с Журавлевым, они должны были поговорить с каким-то свидетелем… Да ты не переживай, Женечка, он тоже скоро приедет. Ты же знаешь Бориса, он часто задерживается. А ты сама ему позвони?
