– Ты бы видела ее, Женечка! На ней просто лица нет. Она так страдает! Бедная девочка собралась замуж, полным ходом идут приготовления к свадьбе, а здесь такое с женихом приключилось! Она очень его любит, постоянно твердит, что надо искать того, кто его так подставил, ну и все в таком духе. Ни Лидию Каштанову, жертву, ни ее родную сестру, Надежду, подругу Юрия, она не знает, нигде не пересекались. С доктором Занозиным тоже незнакома. На вопрос, кого она сама подозревает, она ничего сказать не могла. Но, типа, чувствует, что ответ надо искать в Сапроново. Что, возможно, это убийство как-то связано с убийством маленькой девочки… Что, может, Юрий еще тогда, двадцать лет тому назад, оказался свидетелем убийства, запомнил убийцу, но тогда промолчал из страха, а потом встретил и дал понять, что он все знает. Вот только при таких обстоятельствах, считает Настя, он и мог спровоцировать убийцу на другое убийство и эту дурацкую инсценировку в лесу. От себя же я могу добавить, что согласен с ней, вот только не понимаю, при чем здесь Лидия Каштанова? Она-то здесь каким боком?
Борис бы и дальше рассуждал на эту тему, вспоминая подробности разговора с Настей и слушая комментарии Реброва с Журавлевым, если бы Женя не сказала:
– Девочку никто не убивал. Она жива и здорова…
– Да! – радостно воскликнула Наташа и даже захлопала в ладоши. – Мы тоже кое-что провернули и кое с кем встретились.
Женя взглядом попросила именно ее рассказать о Вале. Даже в окружении друзей и самых близких людей она все равно чувствовала себя скованной рядом с Павлом. Пусть уж Наташа все расскажет. Она ничего не упустит.
Павел, услышав о том, что Валентина жива, даже есть прекратил, откинулся на спинку стула и продолжал слушать молча, покачивая в удивлении головой.
– Ничего себе! – прореагировал на эту же новость Валерий. – Значит, версию, связанную с ее исчезновением или убийством, можно сразу же отмести.
– Ну вы даете! – ухмыльнулся Борис, опрокидывая в себя порцию виски. – Ну, и повезло же вам оказаться в лесу в тот момент, когда она приехала туда! Разве такое бывает? Тогда понятно, где сейчас и с кем проводит время мой подзащитный! Но история на самом деле уникальная!
– Усыпили, увезли в какую-то незнакомую деревню… – тихо произнес Павел. – Жестоко, вы не находите? А что отец? Он-то знает, что она жива?
Спрашивая, Журавлев смотрел на Женю, и она не могла не ответить, сразу же рассказала о том, что Валя, став Викой Горной, общается с отцом, что он отдал ей квартиру, что сам отец давно уже развелся с первой женой.
– А может, это она, эта сумасшедшая первая жена, и устроила все это? – спросил Ребров. – Хотя и здесь ничего общего между ней и сестрами, Каштановой и Занозиной, как бы нет…
Мужчины принялись обсуждать эту тему, кружились на одном и том же месте, пытаясь как-то связать известные факты, пока Женя не спросила Валеру о яде, которым была отравлена Каштанова.
– Обычный крысиный яд, – ответил за Реброва Павел. – Валера рассказал мне о Лиле Агневской, о том, что она ветеринар. Я и до этого все знал, тем более что сегодня был у нее, допрашивал. Нервная особа, очень неприятная…
Женя с Наташей переглянулись, Наташа поджала губы и повела плечами, мол, теперь понятно, почему она была такая нервная и злая.
– Я интересовался, какими препаратами усыпляют животных в ветеринарных клиниках. Нет, ничего подобного в кофе не было обнаружено. Повторяю, обычный крысиный яд, который можно заказать в любом интернет-магазине. Никаких связей-знакомств со специальными организациями, лабораториями или институтами здесь бы не понадобилось.
– Ее телефон на самом деле могли взломать? – спросила Женя Павла, переключаясь на другую тему. – Ведь это с ее телефона были посланы сообщения о трасологе…
– Или взломали, во что я не верю, – уверенно ответил Журавлев, – или просто кто-то на время взял ее телефон. Это могло произойти где угодно: и в парикмахерской, и в поликлинике, и в магазине… Но она так и не вспомнила, где могла бы оставить его… И вообще, с ней было трудно разговаривать, она была вся как комок нервов. Она сильно нервничала.
– Меня вот лично это настораживает, – сказала Наташа. – Чего бы ей так нервничать-то? Это же не с ней приключилась беда. Может, она просто брата своего ненавидит? Что там с наследственными делами? Может, родители ему квартиру отписали, а ей – фигу с маслом… Может, реально существует причина неприязненного отношения к брату?
– Да нет… – ответил Павел. – Ничего такого я не заметил. Думаю, у нее какие-то свои проблемы. Возможно, это связано с ее родителями, которые в полном недоумении, что она ничего не рассказала им о проблемах брата…
Женя слушала разговоры за столом, наблюдала за тем, как и кто ест, сама поела немного, выпила тоже виски, и в который уже раз поняла, как и совсем недавно в лесу, когда они, Женя, Наташа, Юрий и Валя-Вика, рассуждали на эту тему, что все версии ведут в тупик. Какие бы варианты мотивов ни выдвигались, как бы ни пытались связать личность жертвы с Юрием и Сапроново, все рассыпалось и казалось полной глупостью.
