Мне стало так хорошо и спокойно, все волнения казались такими далекими, а поставленные амбициозные цели — мелкими и ненужными. Мои глаза слипались. Я начала безостановочно зевать и клонится к земле. Ещё чуть-чуть — и царство Морфея откроет мне свои объятия, и я, наконец, усну. Спать, спать… Веки налились тяжестью. А голоса в голове непрерывно говорили и говорили, гипнотизируя своей монотонностью. Мне вдруг показалось, что я дома. Лежу на старинном диване в большом зале. Рядом привычно поскрипывает кресло-качалка. Мне так тепло и уютно. Степан Тимофеевич, улыбаясь смотрит с портрета на меня своими голубыми глазами и убаюкивает. Спать, спать… Рядом светится призрак двоюродного деда поет мне колыбельную. И я засыпаю, улыбаясь им в ответ. Но вдруг их взгляд становится суровым. Я чувствую, как пылают мои щеки, словно от ударов. “Просыпайся,”- они трясут меня за плечи. Кусают за рукав куртки и скулят. Потом начинают грозно рычать и лаять…
Я резко очнулась и, покачиваясь, вскочила на ноги, ничего не понимая. Где я? Что со мной? Сознание, вырванное со сна, отказывалось принимать действительность. Полубезумный взгляд наткнулся на собаку, внимательно следившую за мной. Бадик обрадовано завилял хвостом и облизал мои руки. Я огляделась вокруг. На какой-то миг мне почудилось за ближайшим деревом мимолетное движение. Сердце ушло в пятки. Кто это, волк? Дикий зверь? Бадик, уловив мой испуг, бросился к дереву. Никого.
— Бадик, ко мне. Если это призраки ты все равно не увидишь, а мне с тобой спокойнее.
Собака подошла и виновато посмотрела на меня.
— Ничего вместе мы справимся. Пока я не отключилась опять, давай найдем вход в этот холмик. Если он есть, конечно, — я погладила собаку.
Умный пес вильнул хвостом, и пошел вперед. Я со вздохом взглянула на неподъемный рюкзак, представив, как снова водружаю опять его себе на плечи, покачала головой, решив вернуться за ним потом, и догнала собаку. Близко подойти к этому недоразумению, называемому холм, было невозможно. После проливного дождя, подступы к холму окружали глубокие лужи и месиво грязи. Собака несколько раз пыталась пройти по земле, но ее лапы разъезжались в разные стороны. Бадик падал, вставал и снова падал. С его шерсти ручьями текла мокрая грязная жижа. Опустив голову, уставший пес подполз ко мне и лег, отвернув морду в сторону от проклятого холма.
"Возвращайся домой. Тебе не пройти это испытание. Вы все погибните», — голоса опять зазвучали в моей голове, но на этот раз требовательно и угрожающе. Что это? Может, мой внутренний голос? Или кто-то пытается мной манипулировать? Я почувствовала пронизывающий спину взгляд. Медленно повернувшись к лесу, я увидела моих назойливых соседей. Люба и Николай в неизменных комбинезонах вышли из-за деревьев. Они больше не прятались за человеческим обличием, представ в своем настоящем ужасающем виде. Тяжело ступая огромными лапами, переваливаясь и дергаясь при ходьбе, они направились в нашу сторону. Их длинные костлявые руки волочились по земле, откидывая малейшие препятствия на пути. Белый платок на голове Любы сполз на макушку, оголяя лысину, а из шляпы Николая торчали огромные рога. Из глаз обоих шли зеленые лучи, сверкающие, как летающие кинжалы, готовые поразить свою цель. Они шли молча, без всяких эмоций и разговоров. Небольшие хоботы на лице дергались при каждом шаге, будто выжидая мгновенья, когда можно будет нанести сокрушительный удар. Ужас охватил меня, я попятилась к холму и, споткнувшись о ветку упала, больно ударившись головой о землю. Ощущение тепла быстро сменилось холодом и сыростью — мой затылок покрылся липкой красной пленкой.
Не в силах отвести глаза от этих чудовищ, я ползла все дальше и дальше от них, словно пыталась избавиться от их зловещего взгляда. Бадик грозно лаял, но смотрел почему-то в другую сторону, явно не понимая угрозы, исходящей от приближающихся существ. Я посмотрела вокруг — мороз пробежал по коже, а сердце учащенно забилось. С трёх сторон на нас надвигались одинаковые монстры, и их жуткая, угловатая форма становилась всё более четкой. Отрезая путь к нашему спасению, они приближались с омерзительной синхронностью, как будто были единым целым, словно кто-то управлял этой зловещей армией издалека.
Темнота сгущалась, и страх сжимал горло. Я попыталась подняться, но ноги отказывались слушаться. Бадик продолжал рычать, а его грозный лай смешивался с шорохом листьев, треском веток и звуком шагающих монстров создавая жуткую симфонию. Я прокралась к бурелому, думая, что если сумею выбраться за пределы этой зоны, то чудовища не найдут меня.
Люба и Николай, подходили все ближе и ближе ко мне, вытягивая свои бесконечные руки, оканчивающимися длинными острыми когтями. Из их ртов одновременно вырывался тихий свист, странного диапазона — звук, который не принадлежал ни одному живому существу на земле. Он проходил сквозь меня, разрывая последние ниточки здравого смысла, заставляя надеяться только на чудо, которое могло бы изменить ситуацию в нашу пользу.