Не подозревая, что его невеста тесно связана с заклятым врагом, Андрис при очередном свидании простодушно поделился с любимой девушкой своей мечтой, которая скоро должна была исполниться, и даже неосторожно назвал день и час: мол, после разгрома националистов он уедет в Вентспилс учиться на механика.
Сильно разочарованная выбором профессии жениха (нужен был ей какой-то там простой механик, если у нее имеется более подходящая партия), Анеле в душе затаила обиду и в ту же ночь передала его слова Дайнису, с которым уже не первый раз барахталась на сене в заброшенной мельнице. Но тем не менее при всем своем ветреном характере полностью разрывать отношения с Андрисом она все же не собиралась, рассудив скудным умишком, что еще неизвестно, как все может сложиться и кто на самом деле станет настоящими хозяевами Латвии.
Все эти мысли разом пронеслись в голове у Анеле. Она оперлась на локоть, приподнялась, стала целовать парня в веснушчатое плечо, пальчиками свободной руки неторопливо перебирать рыжую шерсть на его широкой груди. Продолжая волнительно целовать сухими мягкими губами обнаженное мускулистое тело, девушка понемногу продвигалась вверх и вскоре принялась шаловливо покусывать Дайниса, прихватывая мелкими зубами темную окружность кожи вокруг его соска.
— Миленький, — нежным воркующим голоском произнесла Анеле, подтянулась и заглянула в его зрачки, — признайся, помогла я вам в тот раз?
— Ну да, — оживился парень, обхватил ее за шею и притянул к себе, с жадностью впился своими губами в ее алые, по-девичьи свежие губы; чувствуя, как ее набухшие соски щекочут его волосатую грудь, начал шарить другой рукой по ее ягодицам, мять пышное податливое тело. А еще через минуту он отстранил от себя девушку и твердо проговорил: — Води и дальше с этим телком дружбу. А я тебя не брошу, верь мне. Так что пока он нам нужен, с ним не порывай…
— У-у, — обидчиво надула Анеле губы, но мигом передумала, и ее рука скользнула вниз, цепко ухватила выпуклость на трусах парня. — О-о! — уже совсем другим голосом протянула она.
Дайнис тотчас опрокинул ее на спину. Девушка сразу притихла, широко разбросав белеющие в солнечном свете ноги. Но, к ее неудовольствию, продолжения не последовало; парень поднялся, сел, поджав под себя ноги, с сожалением сказал, разглядывая ее потемневшими от похоти глазами:
— Надо в лагерь возвращаться. А то как бы поздно не было. Да и тебе пора домой, а то бабка будет переживать, что дома не ночевала. Ругаться станет на всю улицу. Этот твой… — на миг запнувшись, он поморщился и продолжил: — Андрис прознает про твои ночные отлучки, тогда точно тебе беды не миновать. Осторожнее надо вести себя.
Дайнис тяжело поднялся; неудобно стоя на одной ноге, стал надевать брюки. Анеле с недовольным видом поправила завернувшийся подол нижней юбки, сидя на сене, тоже стала собираться. Надев через голову цветастое платье, она вынула из-за пазухи косу, закинула ее за спину, застегнула на груди перламутровые пуговки, надела пыльные башмаки и встала, дожидаясь, когда оденется нерасторопный Дайнис.
Надев поверх светлой рубахи пиджак, тот неожиданно спохватился. С загадочной смешливостью поглядывая на Анеле, вынул из внутреннего кармана пиджака носовой платок, вышитый умелыми руками Анеле и подаренный ему во вторую встречу как признание в любви. Развязав зубами тугой узел, достал оттуда золотой перстенек с небольшого размера бриллиантом, дыхнул на него, вытер о рубаху на груди и неожиданно протянул Анеле.
— Мой тебе подарок, — сказал он, полюбовавшись в солнечном луче сверкающим камнем. — Наша фамильная драгоценность. Ты моя девушка, и я хочу, чтобы ты его носила.
Дайнис взял ее за кисть и осторожно надел перстень на безымянный палец левой руки.
— Считай, что ты со мной помолвлена, — произнес он, но как показалось Анеле, не очень искренне.
Но вид золотого кольца, да еще с бриллиантом, словно застлал ее блеснувшие от алчности глаза. Впрочем, в этом особой ее вины не было, потому что отдать девушке фамильную ценную вещь для любой многое значило.
— Красивое, — сказала она восхищенно и с поспешной необдуманностью предложила, чтобы сделать парню приятное: — Если у тебя есть друг, то могу его познакомить со своей сестренкой. Так-то она мне чужая, но все равно теперь стала как родная. Пропадает девка, — огорченно произнесла Анеле и прыснула в ладошки, от своей, как показалось, удачной шутки.
— А что, — загорелся Дайнис, — я не против. Есть у меня брат, двоюродный, Каспаром зовут. Только ты своей названой сестре не говори про нас ничего, мол, парни из соседней деревни… ну, пускай из Пасисксте, то да се… Уяснила?
— Не дура же я, в самом деле, — заверила Анеле, радуясь, что так удачно пристроила Стасю, которая в последние дни что-то особенно захандрила. — Могила.
