Когда она проснулась, в голове сразу всплыли те же мысли, с которыми девушка ложилась спать, словно не прошло этих семи часов. Она, не двигаясь, смотрела в окно, на поднимающееся над морем солнце. Спустя пару минут, услышав скрип кресла, она поняла, что Альваро находится в комнате. Девушка повернула к нему голову и тихо сказала:
— Привет.
Альваро, подняв на неё взгляд, не спешил отвечать. Он встал с кресла и, медленно пройдя по комнате, опустился на край постели. Девушка села, облокотившись на спинку кровати и он, наконец, монотонно сказал:
— Привет.
Лидия нахмурила брови, изучая его лицо.
— Почему так холодно?
— Потому что я на тебя зол.
— Объясни, пожалуйста. — Она изогнула нахмуренную бровь.
— Ты ведь понимала, что я разозлюсь, когда узнаю, что ты сбежала от Карлоса.
Она выпрямилась, сидя на кровати и глубоко вздохнула, подбирая слова.
— Я ведь сбежала не в посольство, просить помощи и депортации на родину.
Альваро, не дослушав до конца фразу, поднялся, застегнул пуговицы на чёрной рубашке и медленными шагами направился к двери.
— Стой! Ты вот так уйдёшь, ничего мне не сказав? — Она вскочила с кровати, натягивая на бёдра серую футболку.
— Мне лучше уйти, чтобы не сказать лишнего.
— Стой! — Ещё громче повторила она. На этот раз мужчина остановился и, сомневаясь пару секунд, повернулся к ней. Лидия подошла ближе. — Хоть раз что-нибудь мне скажи! — она нервно убрала растрепавшиеся волосы за уши. — Хоть раз!
— Я не ожидал от тебя такой глупости! — Он кричал. Лидия сделала пару шагов назад и уставилась на него пустым взглядом. — Как ты можешь так рискованно действовать!? Как!? — его лицо покраснело, на шее проступили вены.
— Как ты можешь не понимать, почему я так действую? — Она говорила тихо, гораздо тише, чем её сердце колотилось в груди.
Альваро поставил руки на талию, будто готов был нападать. Лидия, боролось с собой, чтобы испуганно не отвести взгляд. Но как только Альваро подался вперёд, намереваясь заговорить, девушка напала первой.
— Разберись в себе! Если для тебя удивительно, что люди рискуют жизнью ради других людей, то разберись в себе! Не нужно нападать на меня! — Она почти кричала, импульсивно вскидывая руками. Альваро слушал, не двигаясь, сосредоточив взгляд на её глазах и тяжело дыша через приоткрытый рот. — Потрудись хоть немного скрывать от меня своё недоверие! Оно меня убивает! Я такого не заслуживаю!
— Не кидайся громкими словами. Что бы ты ни сказала, я не приму такого дерзкого поведения! — Он говорил уже заметно тише, но свирепый взгляд всё ещё устрашал.
— Не принимай! Что ты сделаешь? Под замок меня посадишь? — она сделала шаг вперёд. — Я ведь и так под замком!
Лидия на секунду прикрыла глаза, борясь с гневом, и вдруг увидела сценарий последующих часов, как кино в ускоренной перемотке. Она представила, как он разворачивается и уходит, оставляя её в одиночку справляться с тяжестью слов.
— Мы поговорим, когда наша злость стихнет!
— Поцелуй меня. — Сказала она тихо, открыв глаза. И он замолчал, давая понять, что услышал сквозь свой бас её тихий дрожащий голос. Мужчина опустил руки и смотрел на неё, не уняв порывы гнева. Она продолжила: — Мы можем сейчас ругаться ещё целый час, потом ты уедешь, злой, обиженный. Будешь заниматься своими делами с налетом ярости. А я буду здесь, в четырёх стенах, одна, справляться со своим гневом и мыслями. — Она сделала неуверенный шаг вперёд. — Альваро, поцелуй меня.
Мужчина пару раз растерянно моргнул и гнев в его глазах начал затихать. Он сделал шаг вперёд и остановился, разглядывая её лицо, затем подошёл и медленно опустился к её губам, поцеловал. Они не трогали друг друга руками, словно боялись снова разозлиться. Альваро первым разорвал поцелуй, он стоял перед ней, опустив взгляд. Лидия, наконец, подняла ладонь и прикоснулась к его щеке, чуть поглаживая большим пальцем покрасневшую кожу. Когда он поднял на неё взгляд, девушка приблизилась, чтобы мужчина понял её намерения, и снова прислонилась к его губам.
Воздуха между ними не осталось, и они отстранились. Альваро взглянул на неё чистым, свободным от гнева взглядом, затем обнял, прижав к себе и положив подбородок на макушку.
— Ты мудрее всех кого я знаю. — Сказал он шепотом. Она улыбнулась, обвивая его руками.
— Пару минут назад ты назвал меня глупой.
— О чём ты думаешь с таким печальным лицом?
Она заулыбалась, тут же прогнав мысли. Пару секунд, раздумывала, стоит ли говорить Альваро.
Разумом она понимала, что все сказанные Дайаной слова были пропитаны злостью, завистью и прочими чувствами, присущими обиженной женщине. Но, как только она позволяла себе опуститься в раздумья, сама себе кричала, что в этом есть доля правды. И насколько велика эта доля, ей было страшно допускать. Её по-настоящему пугало, как тонка была грань доверия: от слов Альваро, человека, который без преувеличения был центром её мира, до слов женщины, которую она видела единственный в жизни раз.
— Эта милая особа, ростом в метр, включая двадцатисантиметровые каблуки, конечно же, наговорила мне кучу приятностей, и я не могу об этом не думать.
