Газета «Правда» публикует:
«Налет на вражеский аэродром»: Действующая Армия, 29 марта (спец. воен. корр. «Правды»).
«Группа летчиков-истребителей под командованием майора Шпак на днях совершила смелый налет на вражеский аэродром. Наши самолеты появились над аэродромом в тот момент, когда девять немецких бомбардировщиков и истребителей только поднялись в воздух, а еще три тяжелых самолета рулили к взлетной площадке. Майор Шпак подал команду: „В атаку!“ – и сам первым ринулся на фашистов. Пулеметной очередью он сбил немецкий бомбардировщик, затем сбил немецкий истребитель. Всего группа тов. Шпака во время налета уничтожила 12 неприятельских самолетов и несколько машин повредила».
(Даниил Савельевич Шпак, 1910–1943. Всего на его счету было 6 лично сбитых самолетов противника и 1 – в группе, а также большое количество уничтоженной при штурмовках живой силы и техники врага.
40-летие встретил участник Гражданской и Отечественной войн Андрей Борисович Юмашев (1902–1988), прославленный советский летчик, талантливый живописец, Герой Советского Союза, генерал-майор авиации. В годы войны – командир 237-го истребительного авиационного полка (Калининский фронт); в марте-августе 1942-го – заместитель командующего 3-й воздушной армией (Калининский фронт); в августе 1942 – феврале 1943 года – заместитель командующего 1-й воздушной армией (Западный фронт); в марте-июне 1943-го – командир 6-го истребительного авиационного корпуса (Центральный фронт). Участвовал в оборонительной операции в районе города Белый, в Ржевской и Курской битвах. В июле 1943-го – марте 1944 года – командующий ВВС Восточного фронта ПВО; в марте-декабре 1944 года – командующий ВВС Южного фронта ПВО. Руководил воздушным прикрытием важнейших объектов Поволжья, Кавказа и Закавказья, коммуникаций и баз снабжения 1-го, 2-го, 3-го и 4-го Украинских фронтов. С февраля 1945 года – начальник Управления истребительной авиации Главного управления боевой подготовки ВВС. Участвовал в подготовке штурма Кенигсберга и Берлина.
Газета «Правда» публикует статью
«Небывалый воздушный поединок»: Калининский фронт, 2 апреля (спец. воен. корр. «Правды»).
«Летчик лейтенант Черненко, выполнив боевое задание, возвращался на связном самолете У-2 на свой аэродром. В это время на него ринулся немецкий истребитель Мессершмитт-110. Соотношение сил было несоизмеримо. С одной стороны – современный хорошо вооруженный истребитель, с другой – беззащитный тихоходный связной самолет. Лейтенант Черненко решил использовать в этом бою единственное находившееся в его руках оружие – большую маневренность своей машины. Когда немецкий истребитель, строча из всех пулеметов, налетел справа, Черненко сделал крутой разворот, и вражеская машина пролетела мимо. Истребитель рванулся в атаку слева. Черненко сделал мертвую петлю, и поток трассирующих пуль пронесся под брюхом его самолета. Взбешенный неудачей, немецкий пилот набрал высоту с явным намерением пикировать на медленно летящий самолет. Лейтенант Черненко понял его замысел и прибег к хитрости. Он мгновенно перевел машину на бреющий полет и, почти цепляясь лыжами за снег, полетел над самой землей, маневрируя в складках местности. Маневр удался. Не рассчитав высоты, немцы на всем ходу врезались в землю…»
Б. Полевой
Совинформбюро сообщало:
«Советские летчики-истребители тов. Соколов, Красиков, Семенов и Шеремет встретили в воздухе 11 немецких истребителей. Несмотря на численное превосходство противника, наши летчики атаковали вражеские самолеты и сбили 4 машины. Остальные немецкие самолеты вышли из боя. Все наши истребители благополучно вернулись на свой аэродром».
Офицер связи майор Н. Денисов рассказал о полете в тыл врага в газете «Красная звезда»:
«Экипажи собрались перед вылетом в тесной комнатке командного пункта. Летчики склоняются над планшетами. Маршрут черной ломаной линией ложится на карты. Штурманы наизусть заучивают места световых маяков, сигналы. По хрусткому снегу расходимся к кораблям. Я лечу на ведущей машине отряда. Летчик старший лейтенант Бобин неторопливо, по-хозяйски устраивается на своем высоком сидении. Мы с капитаном Петиным хлопочем в штурманской рубке.
Свет из патрубков дрожащими отблесками проникает в рубку. Наощупь раскладываю на полу планшеты, карты, ракеты.
– Готовы? – кричит Бобин.
– Готовы!
Тяжело нагруженная машина долго бежит по снегу. Отрываемся от земли, виснем в воздухе. Петин щелкает кнопкой секундомера. Полет начался.
Монотонно гудят моторы. Серебристо светится крошечная лампочка на компасе. Бобин удивительно плавно ведет корабль – стрелка курса не шелохнется. Внизу темно-серым планом лежит земля. Скоро фронт. Уже видны далекие всполохи артиллерийской стрельбы.
– Оденемся? – предлагает Петин.
Мы набрасываем на плечи парашютные лямки, помогаем друг другу застегнуть карабины. Ложимся на пол рубки. Так удобнее ориентироваться. Петин заботливо прикрывает перчаткой комнатную лампочку. В кабине совсем темно.
