Или туфельки от другой куклы, которые были великоваты и спадали с ноги, но это было неважно – Кукла в конце концов работала по специальности: спала вместе с девочкой, слушала ее светские беседы, терпела бесконечное рисование, мытье и снова рисование лица, в общем – жила полной жизнью.
Никогда девочка не давала Куклу никому – даже двум маленьким новым девчонкам, которые смотрели на Куклу такими жадными глазами, что ей становилось не по себе, и она старалась закрыть глаза поплотнее и прикинуться спящей в своей постельке, которую девочка сшила ей с бабушкиной помощью: стеганое атласное одеяло, подушка с кружевами и даже коврик возле кровати. Бабушка как раз и учила девочку, что нечего свою любимую Куклу давать маленьким – она и без того передала им все свои остальные игрушки, кроме швейной машинки.
Хотя однажды Кукла все-таки досталась на время одной из девчонок – девочка взяла ее вместе со всей сумкой приданого и отвезла – надо полагать, не домой, а в какое-то неприятное место, где стояла уйма кроватей, плохо пахло и было много плачущих детей.
Кукла терпела эту поездку месяц, ее целыми днями переодевали и вертели, но было даже интересно – потому что вот так проживешь всю жизнь в одном доме и ничего не увидишь. Правда, иногда Куклу вывозили в деревню – там было скучновато, и крошечные паучки моментально начинали к ней клеиться.
Потом девочка стала заниматься Куклой все реже и реже – волосы-веревки укоротились и превратились в пышный хвост, и она забывала переодевать Куклу и накручивать ей локоны. Она долго болтала по телефону, к ней приходили другие девочки, а иногда и мальчики. Они говорили часами, хохотали, кидались подушками, висели на окне, пели, иногда плакали, молчали, ели мандарины и бросали шкурками в прохожих.
Когда девочка стала совсем большая, она собрала чемодан и положила туда свою маленькую подушку, сшитую бабушкой, и Куклу – бабушка уже к тому времени стала совсем старенькая и ходила осторожно, держась за стенки. Кукла иногда думала – может быть, если бы не бабушка, то и она, Кукла, была бы не нужна девочке – потому что все остальные подарки она теряла без сожалений.
Кукла очутилась в странной комнате – там жили еще три девочки и были только кровати, шкаф и стол, и больше ничего. Тут девочка совсем забыла про Куклу – только ночью укладывала ее на подушку рядом, сама же сворачивалась в клубок, а утром наспех причесывала и убегала.
Так прошло какое-то время, и они вернулись домой.
Дом стал совсем другим – в нем было темно и холодно, и почти никто из прежних жителей не появлялся. Девочка стала мрачная, молчаливая и часто плакала – одна курила у окна и плакала, иногда посматривая на Куклу.
– Джина, – говорила она, – бабушки нет, и дома нет. Только ты у меня осталась.
Брала ее на руки и прижималась солеными губами к мягкому розовому лбу.
Потом Кукла очутилась в шкафу.
Сколько она там провела времени – никто не знает.
Но однажды ее оттуда извлекли, и Кукла услышала девочкин голос:
– …да на черта мне эти сервизы, а Джину я заберу. Познакомься. И пуфик мой возьми, в него столько всего влезает…
Так Кукла оказалась в новом месте – там девочка появлялась вечерами и готовила еду. Рядом с ней был мужчина, которого она кормила, иногда они танцевали, а потом долго разговаривали – и мужчина часто уходил, хлопая дверью, а девочка начинала курить и звонить по телефону.
Потом они переехали.
Кукла снова оказалась в шкафу и сидела там долго, смирившись с тем, что теперь о ней не скоро вспомнят – и оказалась права, потому что, когда ее достали, на кровати сидел маленький круглый мальчик – очень похожий на Девочку-Совенка, какой была когда-то хозяйка.
Мальчик схватил куклу за ноги и попробовать укусить за пятки.
– Поздно, мой птенчик, пяток уже нет давно, – сожалела девочка, глядя на Мальчика-Совенка. – Эй, эй, что ты делаешь!
Мальчик поковырял Кукле глаз, и девочка страшно расстроилась, даже оторвала Кукле голову и принялась изнутри пытаться чинить. Глаз стал немного косить – поэтому Куклу снова засунули в шкаф.
Опять прошли годы света-тьмы – по числу открываний шкафа, и наступил день, когда девочка снова достала Куклу.
Она ее вымыла, как в детстве, высушила волосы, соорудила прическу и надела на нее новый наряд – из отрезанного рукава.
Кукла не могла поверить – неужели ее кому-то подарят? Старую косоглазую Куклу с дырявыми пятками?! Неужели она не заслужила спокойной смерти на руках своей единственной хозяйки?
– Посмотри, мы с тобой ровесницы, – сказала девочка, держа Куклу на руках возле зеркала. – Видишь? Ты такая же, как была много лет назад, а меня и не узнать.
Кукла увидела в зеркале красивую себя в золотистом платье и взрослую Женщину, похожую на Сову.
