Когда поезд, наконец, добрался до «Текстильщиков», моё настроение заметно улучшилось: к этому моменту я уже принял решение насчёт дальнейшего поведения, и эта относительная определённость воспринималась сейчас словно твёрдый грунт после короткого, но довольно-таки неприятного путешествия по топкой непролазной грязи.
«Что ж, в этой пьеске каждый играет свою игру, и мне пока не резон зачислять кого-то в союзники, – рассуждал я с весёлой злобой, быстро поднимаясь по ступенькам на поверхность станции. – Хрен с вами, ребята, можете наблюдать за мной, сколько влезет, но не рекомендую совать палки в колёса – неровён час, самих покалечит!».
В эти же минуты я с удивлением отметил, что после Ирининого звонка мои недавние сочинские приключения и окончательный разрыв с Юлькой стремительно отошли на дальний план и практически перестали меня волновать.
Хотя время было вечернее, и солнце уже спряталось за громады ближайших многоэтажек, дневная жара всё ещё давала о себе знать разогретым асфальтом под ногами и вязким, без малейшего ветерка, воздухом, который моментально окутал меня с головы до ног, словно какой-то невидимый сверхтёплый плед.
Прежде чем идти домой, я заглянул в торговый центр и накупил продуктов на ближайшие дни.
В этот раз я не поленился завернуть в ряды со спиртными напитками и, после недолгого, но целеустремлённого поиска, выкатил оттуда в своей тележке вместе со всевозможными банками, коробками и пакетами, бутылочку отличного армянского коньяка, который обычно покупал себе только ко дню рождения.
«Кто знает, когда действительно стоит праздновать этот день!», – почему-то подумалось мне, но в ту минуту я и предположить не мог, насколько точны были эти слова и, прежде всего, по отношению к моей собственной персоне.
Чтобы не скучать весь вечер перед телевизором, я свернул по пути к газетному киоску и, рассовав по своим пакетам свежие выпуски вечерних газет, бодро зашагал к родной двенадцатиэтажке, что уже маячила впереди прямо по курсу.
Вернувшись домой, я забросил продукты и спиртное в холодильник, а потом проворно разделся и чуть ли не бегом рванул в ванную, чтобы впервые за последние дни насладиться душем и хотя бы немного остудить тело после многочасовой пытки жарой. Десять минут блаженства под острыми холодными струйками – и я уже вновь почувствовал себя человеком.
После неторопливого ужина с коньячком, я навёл порядок на кухне и затем направился в гостиную полистать прессу, благо до выпуска энтэвэшных новостей оставалось больше получаса.
Газеты ждали меня на журнальном столике рядом с торшером и любимым кожаным креслом, ещё издали дразня своими непрочитанными страницами и характерным, едва уловимым запахом свежей типографской краски.
Включенный торшер и вентилятор лишь усилили ощущение комфорта.
«Коммерсантъ» и «Новые известия» я просмотрел минут за двадцать, а затем неспешно взялся за «Вечернюю столицу», которую давно ценю за точную и полезную информацию о многоликой и суматошной московской жизни, а также за превосходные аналитические статьи на самые разные темы.
Когда я развернул газету, чтобы взглянуть на вторую страницу, с которой обычно начинал чтение, мне сразу же бросился в глаза заголовок, набранный крупным жирным шрифтом: ««Цитадель-банк»: время делиться секретами». Под этим интригующим названием помещалась большая статья Павла Свиридова – одного из ведущих журналистов «Вечёрки», специализирующегося на теме экономических преступлений.
Прочитав первые абзацы статьи, я понял, что с теленовостями в этот вечер, по-видимому, придется повременить, а потому удобней устроился в кресле и принялся неспешно изучать свиридовское творение.
Заинтересовавшая меня публикация по содержанию скорее напоминала недописанный детектив и касалась загадок, возникших вокруг строительства фешенебельного делового центра «Воздвиженские палаты», который вот уже несколько лет сооружался неподалеку от Александровского сада и стен Кремля.
В начале статьи Свиридов кратко описал предысторию великой стройки.
По замыслу проектантов, площадь Центра должна была составить около семидесяти тысяч квадратных метров, что, в сочетании с его изысканной суперсовременной архитектурой и более чем престижным местоположением, сделало бы комплекс привлекательнейшим объектом для состоятельных клиентов.
На строительство делового центра подрядилась известная в Москве финансово-строительная компания «Калита», а инвесторами стройки стали «Цитадель-банк» и закрытое акционерное общество «ПАЛЕН», которое, по утверждениям Свиридова, было специально создано для постройки «Воздвиженских палат». Кстати, учредителями ЗАО «ПАЛЕН», по сведениям журналиста, являлся всё тот же «Цитадель-банк» и хозяин «Калиты» Владимир Брусницкий.
