Ио Пашаратид быстро собрал небольшой отряд и во главе его поднялся на борт «Союза». В это время приливная волна, нахлынувшая на берег, увлекла за собой корабль обратно в море. За исключением причиненных рогами рыб-ящериц царапин, корабль не получил особых повреждений.
После недолгих маневров корабль «Союз» был готов к плаванию. По приказу Ио на мачте был поднят сигнальный флаг, при помощи которого он предполагал сообщить Денью Пашаратид, находящейся на «Золоте дружбы», что его судно преследует пирата. Он не знал, что мадам Пашаратид погибла одной из первых.
Только когда бухта Киивасиен осталась позади и свежий бриз, наполнивший паруса, понес их в открытый океан, ТолрамКетинет и СарториИрвраш получили возможность наконец по-настоящему разглядеть друг друга и поговорить.
Они недолго поговорили о случившемся, после чего ТолрамКетинет произнес:
— Мне нечем гордиться. Хотя я солдат и мне не пристало жаловаться, но надо признать, что командиром я оказался никудышным. Моя армия была разгромлена, прежде чем началось первое сражение. Я навсегда отмечен пятном позора.
Бывший советник немного помолчал.
— Что касается меня, то я благодарен судьбе, предоставившей мне возможность повидать свет. Пуститься в подобное путешествие я собирался много лет. И вот это случилось при довольно странных обстоятельствах. Наверное, сиборнельцы решили использовать меня, думая, что мой опыт может иметь в их авантюре какую-то цену. Не знаю. Во всяком случае, я доволен теми приобретениями, которое дало мне это путешествие.
СарториИрвраш посмотрел на сидящую на палубе Оди Джесератабхар.
— Я нашел любовь, а в моем возрасте это уже огромное приобретение.
СарториИрвраш смущенно улыбнулся.
— Кроме того, за время путешествия я пришел к очень любопытному заключению: наше поколение живет в самый лучший период Великого Года, а именно — во времена теплые, если не сказать жаркие. Вы когда-нибудь задумывались, каким чудом нашим предкам удавалось пережить зиму? Например, жители крайнего севера Сиборнела в течение многих веков зимой не видят ни единого луча Фреира.
ТолрамКетинет пожал плечами.
— Ничего не поделаешь — кому что выпало.
— Взрослеющие дети зимы постепенно начинают ощущать тягу к бессмысленному разрушению… Возможно, противопоставляя себя природе, мы совершаем огромную ошибку. Знаю, что подобные вопросы вряд ли смогут захватить ваше воображение, и все же хочу сказать вам: я сделал открытие поистине революционного значения…
СарториИрвраш замолчал, но ТолрамКетинет, с трудом скрывая улыбку, попросил его продолжать.
— Я уверен, что подобная идея не приходила в голову еще ни одному человеку на свете. Во многом, в том числе и в этом, я благодарен леди, которую вы видите перед собой, — она была моей музой и вдохновительницей. Мое открытие настолько важно, что я хочу немедленно, как только такая возможность представится, отправиться в Панновал или Олдорандо, чтобы изложить свои мысли перед отцами Священной Церкви. Я добился такого блестящего результата методом хладнокровных логических рассуждений, методом дедукции, как я назвал бы его. Совершивший подобное открытие обязательно будет вознагражден, и мы с Оди заживем на славу в покое и довольстве.
С трудом удержавшись от смеха, ТолрамКетинет бросил:
— Логика всегда была в цене. Ее должны оценить в звонкую монету!
«Человек — глупое животное, я всегда это знал», — подумал про себя бывший советник, но все-таки объяснил.
— Видите ли, дорогой Ханра, — начал он, понизив голос настолько, что его слова стали едва слышны за хлопками парусов у них над головой, — в отличие от моего бывшего повелителя я ненавижу расу фагоров. Возможно, что в этом лежал корень наших с ним вечных противоречий. Тем не менее мои мысли во многом имеют отношение именно к двурогим. И я все-таки уверен, что в Панновале меня ждет награда.
С трудом поднявшись на ноги, Оди Джесератабхар поспешила взять СарториИрвраша за руку.
— Вы, наверное, знаете, что советник много натерпелся от короля ЯндолАнганола, который уничтожил труд всей его жизни, знаменитый «Алфавит Истории и Природы». Этот поступок короля можно расценить как преступление, за которое он должен понести заслуженную кару. Мысли советника, как он скромно назвал свои открытия, будут его местью ЯндолАнганолу, и возможно, что на их основе со временем мы сможем заново написать «Алфавит».
— Леди, — резко прервал адмирала Ланстатет, — вы наш враг, который несет смерть на нашу землю. Вы должны не пускаться в обвинения в адрес нашего монарха, а находиться в трюме, в кандалах.
— То, о чем вы говорите, лейтенант, — быстро вставил СарториИрвраш, — все это в прошлом. Сейчас вы видите перед собой всего лишь двоих ученых. Мы ученые-бродяги — у нас нет ни дома, ни родины, мы смотрим на мир с высоты своей свободы.
— Ученые-бродяги… — задумчиво повторил генерал, которому явно начали надоедать рассуждения СарториИрвраша. — Так как же вы собираетесь добираться до Панновала?
