«Зря боялся. Забыл про меня Черныш», – обрадовался Кузьма. А когда началась игра, и вовсе перестал волноваться: лежал в воротах, обозначенных двумя прутиками, и лениво отбивал мячик то одной, то другой лапой.
– Кузя, ну как ты это делаешь? – удивлялась Герда. – Мы никак гол забить не можем.
– Ну всё! Сейчас будет гол! – Снежа стукнула мяч носом. – Гооооол!
Мяч взлетел над лужайкой, но рыжий вратарь в красивом прыжке отбил и его.
– Кузя, какой же ты прыгучий! – восхитилась Герда.
Увидев, что мяч улетел в заросли, Снежа разворчалась:
– Я бы точно гол забила, а ты мяч потерял!
– Сейчас принесу. – Пармезанов побежал к кустам, безошибочно выбрав нужный. Лучше бы он ошибся.
– Поиграем? – спросил Черныш из густой листвы. Он катнул Пармезанову мяч, вышел на лужайку и зловеще добавил: – Но сначала выясним, кто сильнее.
«Беги-беги! Беги-беги!» – заколотилось в груди. Пармезанов оглянулся. Герда и Снежа смотрели в их сторону. Бежать? А Черныш будет стоять и громко смеяться ему вслед? Ну уж нет!
Пармезанов длинно вдохнул и выдохнул. Сердце успокоилось.
– Поиграем! – Кузьма пристально посмотрел в зелёные злые глаза, чувствуя, как по спине медленно пробежал прохладный ветерок. Это поднялась шерсть от загривка до кончика хвоста. Вызов принят, теперь главное – не отвести взгляд.
Чтобы не пропустить атаку врага, он поднял лапу с выпущенными когтями. Но Черныш не спешил. Медленно пошёл по кругу, и от встающей дыбом шерсти становился всё больше, всё страшнее.
«Какой огромный, – подумал Пармезанов, в груди снова застучало: – Беги-беги! Беги-беги!»
– Мяу-у-у-у! – пронзительно взвыл Черныш. – Мяу-у-у-у!
– Ми-у-у! – ответил Пармезанов. И вдруг заорал оглушительным басом на всю лужайку: – Ма-а-а-у!
Черныш не ответил.
«Ого! Это я? Как красиво получилось!» – удивился Пармезанов и добавил ещё раскатистее, на весь посёлок:
– Ма-а-а-а-а-у-у-у!
Черныш попятился. Он не собирался драться. Просто хотел ещё раз повеселиться, наблюдая, как рыжий толстяк несётся к дому и пищит. Но городского труса словно подменили. Он выглядел и кричал, как настоящий боец. Выяснять, кто сильнее, с таким не хотелось.
Пармезанов ждал нападения, но Черныш вдруг сел, вальяжно почесал за ухом задней лапой, широко зевнул и неторопливо скрылся в кустах.
Сзади раздался топот маленьких лапок.
– Кузя, что тут было? – спросили запыхавшиеся ёжики.
– Не знаю. – Пармезанов покатал лапой мячик. – Сам не понял. Я Чернышу песню спел, и он в кусты ушёл.
– Пармезанов, ты где? Кс-кс-кс! – раздался голос Бабушки. Она в нарядном платье стояла на крыльце. – Ой, ёжики!
Снежа и Герда шмыгнули в клумбу и затаились.
– Пармезанов, ты их видел? Ёжиков? Они же стояли рядом с тобой! Ну что ты смотришь на меня? – Бабушка махнула рукой и пожала плечами. – Кажется, ты не удивлён. Вы что, знакомы? Вот уж не думала, что коты могут дружить с ежами. Ладно, гуляйте, а я – в гости. Вечером вернусь. Веди себя хорошо.
Как только Бабушка ушла, Снежа высунула из клумбы нос:
– Ох, она нас чуть не застукала. Сразу есть захотелось. Покорми нас конфетками!
Пармезанов почувствовал, что тоже проголодался.
– Хорошо тебе живётся, – позавидовала Снежа, расправляясь со второй конфетой. – Бабушка ушла, а корм не забыла тебе оставить.
– Ага! – Пармезанов довольно облизнул усы и сел умываться. – Таксист сразу сказал, что мне повезло! Это я сначала думал, что она злая.
– А теперь – кино про любовь! – объявила Герда, вскарабкавшись на диван.
– Подвинься, весь диван заняла! – возмутилась Снежа. – Про любовь надоело. Я хочу про сыщиков!
– Кузя, скажи ей, что ты тоже хочешь про любовь!
– Нет, он хочет смотреть про сыщика с пистолетом!
– Вот вам пульт, сами кнопочки нажимайте. И не вздумайте ссориться! А я охотиться пошёл. Давно мечтал бабочку поймать.
– А зачем? Зачем поймать? – поинтересовалась Герда. – Чтобы съесть?
Но Пармезанов был уже на крыльце и готовился прыгнуть на жёлтую стайку.
– Мяв! – он с головой провалился в клумбу, а бабочки разлетелись.
«Так даже интереснее! Буду вас по одной ловить», – не расстроился Пармезанов.
– Ага. Попалась! Хочу стать счастливым! Ой, нет! Хочу остаться у Бабушки! – сказал он первой пойманной бабочке и тут же отпустил её.
Пармезанов бегал от клумбы к клумбе и каждой бабочке загадывал желание. Одно и то же, чтобы точно сбылось. Но вскоре запутался и, подкравшись, спрашивал:
– Я тебя ловил или нет?
Солнце незаметно спустилось, а потом и совсем спряталось за деревья. Бабочки улетели искать ночлег, а Пармезанов побежал к ежам:
– Вам пора, Бабушка скоро вернётся.
Я вас до забора провожу.
Ёжики нехотя слезли с дивана, вслед за Пармезановом вышли из дома, и они вместе пошли к забору. Как же приятно гулять по саду, не оглядываясь на кусты.
– Обещайте, что без меня вы не будете сюда приходить. Бабушка думает, что это мыши безобразничали и что я их прогнал. – Попросил Пармезанов и довольно прищурился: – Это на всякий случай. Я сегодня столько бабочек наловил, что Бабушка меня оставит.
– Ладно, обещаем. – Снежа пролезла под забор и добавила, высунув нос в щель между досками: – И ежу понятно, что оставит!
