Захар Егорович крепко сжал вилку. Павел остался равнодушным. Взгляд Карины стал сочувственным. Похоже, его дочь успела рассказать их гостье о будущей невестке.
Евгению Леонидовичу тоже не нравилась избранница старшего внука. Но лезть туда он не собирался. Бесполезно. Тот упрямый, как мул. Пока сам не обожжется — не поймет.
— Жизнь — изменчива, — тихо нарушила безмолвие Карина. — Вот я, например, тоже собиралась в следующем году выходить замуж. А теперь — нет. — Она улыбнулась натянуто, но с намерением подбодрить тех, кто сидит напротив нее.
— Сегодня нет, а завтра — да, — легкомысленно заметил дед, отложив на тарелку надкусанный кусок мяса.
Все за столом уставились на него с удивлением. Только Павел быстро отвел свой взгляд, словно стакан с соком был ему интересней, чем мысли старика. Евгений Леонидович кривовато улыбнулся. Хлебнул вина. Причмокнул от удовольствия и откинулся назад, сложив руки на животе. Обвел всех внимательным взглядом. Остановил его на Карине.
— Дурное дело — не хитрое. Здесь главное с кандидатом в мужья не ошибиться, — назидательно изрек он.
Карина кивнула, соглашаясь. А потом заговорщицки улыбнулась.
— Теперь мои кандидаты в мужья будут проходить проверку у вас, — льстиво обратилась она к нему.
Дед важно кивнул. Он точно выдаст ее замуж за правильного человека!
На дворе было довольно свежо, так что в первый момент Карина пожалела, что не взяла с собой кофту или плед. Но возвращаться в дом не захотела. Только бросила через плечо взгляд на входную дверь, а потом и на окно. Домочадцы готовились ко сну. Дед так вообще пошел первым: привык ложиться рано. И перед уходом не забыл возмутиться, что интернет здесь слабый. Анна Евгеньевна только добродушно отмахнулась от него. Захар Егорович вообще проигнорировал. В этот момент он активно уговаривал Павла выпить на посошок. Тот категорически отказывался. Он был самым трезвым среди них. Самым серьёзным. Самым… В общем, лучшим.
К этому логическому выводу Карина пришла после того, как Павел самостоятельно начал убирать со стола. Пока все еще спокойно сидели и воодушевленно болтали, он спокойно отнес грязную посуду в кухню. Разложил остатки пищи по контейнерам и убрал в холодильник. Даже стол вытер. А потом пошел мыть посуду. Это был культурный шок. Карина уже не таясь с открытым ртом, проводила статную фигуру своего компаньона ошеломленным взором. В реальность его вернул звонкий смех Анны Евгеньевне. Карина вздрогнула и, не меняя удивленного выражения лица, посмотрела на тетушку.
— Он всегда таким был. Хозяйственным. Наверное, сказывается воспитание деда. С ним не забалуешь. Это сейчас он добряк, а раньше нас всех держал в ежовых рукавицах, — мягко начала объяснять Анна Евгеньевна.
Супруг ей поддакнул.
— Жаль только, что нашего охламона не смог таким ответственным и трудолюбивым воспитать, — высказал он свое мнение.
— Надо было чаще отвозить его к отцу! — обиженно огрызнулась тетушка. — А мы его своей любовью слишком разбаловали, — мрачно добавила она.
— А где родители Павла? — задала вопрос Карина, который давно уже волновал ее. Ни разу за пять лет она не слышала никаких упоминаний о них.
Супружеская пара переглянулся. Тетушка сжала губы. Ее муж прочистил горло и поспешил уйти. Стало понятно, что ответа не будет. Заинтриговали, однако. Но настаивать Карина не решилась.
Поднялась из-за стола, попрощалась с тетушкой и нетвердой походкой направилась в дом. Приняла душ, переоделась в легкий сарафан. А мысли все равно витали вокруг вопроса: где родители Павла?
Неужели он сирота? Обидно за него, если это так.
Её взгляд невольно метнулся к телефону. Можно этот вопрос задать Лине или Татьяне. Уже кто-то из них точно устроит допрос своим благоверным. А потом передадут ответ ей, Карине.
Вот только так поступать совсем не хотелось. Лучше у самого Павла спросить об этом при случае.
Кивнула, соглашаясь со своим умозаключением. Прихватила телефон и тихонько начала спускаться на первый этаж. Там, не удержавшись, зашла в кухню. Налила вино в бокал. Бросила в рот ягодку винограда. И вышла на улицу со своим добром. По тропинке прошла в сад. Остановилась на мгновение, чтобы полюбоваться им в темное время суток. Сказочно.
Взгляд бросила направо. Здесь, возле бани, стояла скамейка. Самая простая и довольно старая, но на вид еще крепка. Села. Пригубила вино и аккуратно отставила бокал. Откинула голову назад, закрыла глаза и удовлетворенно улыбнулась. Хорошо! Сейчас она немного так посидит, а потом позвонит Вике…
Она не услышала, как он подошел. А может просто и не прислушалась, наслаждаясь летней ночью. И она даже не предполагала, что ее уединение кто-то может потревожить. Только когда на ее ноги опустилось что-то теплое и мягкое, Карина встрепенулась и открыла глаза. Над ней нависал Павел, словно темная и незыблемая скала.
Удивилась. А он тем временем выпрямился во весь свой огромный рост. Спрятал руки в карманы брюк.
Карина опустила взгляд вниз. Один край ее рта дернулся в намерении улыбнуться. Сдержалась. Он принес ей плед.
