Он трет глаза, немного потягивается и старается бесшумно встать с кресла-мешка, сразу подумывая о том, что надо бы все равно от него избавиться, потому что шуму от него, как от проезжающего по каменной мостовой грузовика, в кузове которого болтаются сотни пустых жестяных банок.
Когда шумное безумие остается позади, Адам идет к постели девочки в свете мелькающих звезд от светодиодной лампы и на мгновение останавливается, когда перед его глазами открывается эта картина. Реджина свернулась комочком на правом боку, левой рукой прижимала к себе безумно любимого диснеевского Тигрулю, а правую руку вытянула вперед и…
У Адама даже от этого зрелища перехватывает дыхание. Она сжимает маленькими пальцами большой палец Арчи, который в сидячем положении заснул прямо в кресле, уложив голову на вытянутую на постели девочки руку. Уайт готов поклясться: он никогда – никогда, блин, в жизни – не предполагал о существовании в себе этого чувства. Невозможный трепет, тесно переплетающийся с тоской и ощущением безумного, рвущего в клочья счастья, приправленного щепоткой бессилия.
Адам присаживается рядом и непроизвольно смотрит на то, как Арчи спит. Грин, оказывается, красивый. Он правда красивый. И если днем от него за версту веет жизнью и энергией, то сейчас от него исходят волны спокойствия и защиты, в которой Адам так нуждается.
Он смотрит, как парень тихо посапывает, немного морщась во сне, но затем снова расслабляясь, и внезапно понимает со всей ясностью одну вещь. Адам хочет к нему прикоснуться; ужасно хочет дотронуться кончиками пальцев до его кожи. Вот так – вдруг. Хочет, и все тут. Адам не собирается врать самому себе, он давно об этом думал, но все время одергивал себя. Это разрушит все, что он так долго и старательно строил.
Уайт дорожит дружбой с Арчи безумно и потерять его от такой промашки вовсе не хочет. Все забудется, остынет и отболит. Это неизбежно – на этом построен мир. Он не сможет без него, Адам это точно знает. Загнется, блин. Скорчится в одиночестве – и поминай как звали.
Но именно сейчас, в этот момент, это шанс. Шанс, который ему выпал явно неслучайно. От одной только этой мысли в сознании Адама что-то резко щелкает и будто растекается по всему организму, пронизывая искрой каждую клеточку тела. Внизу живота что-то сжимается комочком, непривычный жар прокатывается оттуда волной и мчит выше – к легким, солнечному сплетению, сердцу.
