Отправил следующий снаряд.
– Дальше, – предупреждаю, – что-нибудь полетит в голову. На кого бог пошлет. Детский сад, штаны на лямках. Бля…
…Первым, надо отдать должное, все-таки Глеб опомнился.
Ну, – так он и постарше будет.
Плюнул, подобрал с земли брошенную туда камуфляжную куртку.
Оделся.
Подобрал спиннинг.
– Да пошли вы, – сплевывает еще раз. – Причем оба.
И – по бережку.
Туда, откуда я только что пришел.
– Дорогу, – интересуюсь в спину, – показать не хочешь?! Орёл…
…Останавливается.
Бешено вращает глазами.
А ведь может прыгнуть, думаю.
Дури там достаточно.
И аккуратно, потихонечку, группируюсь.
Чтобы еще больше не раздражать…
…Но нет, гляжу.
Успокаивается.
Кивает.
Поднимает большой палец левой руки вверх.
– Да все нормально, Валер, – вздыхает. – Но по берегу мне пока лучше все равно будет в одиночестве походить…
…Ну, – вот и ладушки.
Теперь надо еще и с этим… карликом… разбираться.
– Я что-то не понял, – присаживаюсь напротив костерка на удачно отскочившее чуть в сторону мною же кинутое тяжелое, суковатое березовое бревно. – Вы чего с Глебом-то не поделили?! Такая, блин, не разлей вода…
Славян аккуратно сплевывает.
Трогает разбитую губу.
Потом лезет двумя пальцами в рот, морщась и шипя, вытаскивает что-то оттуда.
Ага.
А зубик-то нам Глебушка выбил, однако.
Стоматолог хренов…
…Вот ведь, Господи меня прости, – идиоты.
И это – мои друзья…
– Ну, – продолжаю требовательней. – Так об чем был базар?
Славка морщится.
– Не лезь под кожу, Валерьян, – советует мрачно. – А то сейчас и вправду продолжим. Уже с тобой.
Я молчу.
Рассматриваю героя.
Ничего так герой, кстати.
Хотя и малость помятый…
– Алёну, что ли, все-таки не поделили, идиоты?! Ну, мудачьё…
…Славка – вскидывается.
Несколько секунд грозно вращает глазами, потом опять утыкается взглядом в реку.
– Ну, не совсем «не поделили», – выдавливает, наконец, из себя. – Но, в общем-то, конечно, недалеко. Да. Из-за нее…
Я – только головой качаю.
Лезу в карман штормовки за сигаретами.
– Глебушка, – напоминаю, – между прочим, еще и твой родственник. Муж твоей любимой сестры. Да еще б все было понятно, если б я не знал, как ты жену свою любишь. Чё у тебя с этой дурындой-то перемкнуло?! И где?!
…Славик снова смотрит на меня как-то недобро.
Потом вроде как успокаивается.
Морщится.
– Да все понятно, Валер, – выдавливает досадливо, наконец. – Глеб мне тоже начинал говорить, чтобы я не так сильно активничал. Муж все-таки тут же, при ней. Да и в «большой жизни» она мне и на хрен не упала. А я, дурак, чё-то решил, что он сам к ней дорожку расчищает. Ну, и, слово за слово, – перемкнуло. Сам понимаешь. Все-таки офигительно роскошная баба, конечно. Такие – одна на миллион…
Я хмыкаю.
– Тогда, – говорю, – перед Глебом будет не лишним извиниться. Как? Не находишь?!
Молчит.
Травинку жует.
Понимание, да…
– Вы, – спрашиваю, – костерок-то явно не для освещения своих гладиаторских боев разжигали?
Он неопределенно хмыкает.
– Ну, в общем-то, – вздыхает, – не для того. Чайку хотели попить. Вас с Санечкой позвать, да и вообще. Да…
Я чешу пальцам переносицу.
Вот ведь мать вашу.
Идиоты прям малолетние.
Ага…
– Ну, тогда, – крякаю, – иди чайник ставь. У меня бутылка рома с собой, в рюкзаке. Ну, и закуска всякая легкая: яблоки там, несколько штук, пара кусков хлеба, луковица, головка чеснока вроде. Плавленые сырки, колбаса. Перекусим, посидим. Отдохнем. Не в лагерь же обратно тащить.
Он вздыхает.
– Разумно, – говорит, – в принципе. Давай-ка я и правда чайник поставлю. А ты пока разливай…
…Я только фыркнул.
Ну, да ладно.
Сходил, подтащил рюкзак, достал оттуда литровую фляжку с ромом, небьющиеся металлические стаканчики, кружку себе под чай.
Разлил.
Яблоко на дольки порезал.
А Славка все с чайником и костром возится.
– Знаешь, – говорит неожиданно спокойно, – Валерьяныч, помощь твоя нужна…
Я закуриваю.
– Мне подмена нужна будет, на мое место, на директора, – продолжает. – Месяца хотя бы на два-три. Есть кто на примете?! Ты просто в людях получше, чем я, разбираешься. А я б его потом в замах у себя оставил, ежели человек-то хороший. И по деньгам все нормально будет, договоримся…
Я затягиваюсь.
– А сам-то куда собрался, лишенец? – интересуюсь лениво.
Славка отводит глаза в сторону.
– Да в Донецк, – старательно смотрит себе под ноги. – Мы уже с Андрюхой Сорокиным и билеты до Ростова себе купили. Через три недели. И насчет снаряги договорились. Там встретят, проведут, все в порядке…
…Нормально, думаю.
Ветерок комаров разогнал.
Солнце блестит.
Костерок догорает.
Речка шумит, перекатывается.
Вон, вдалеке, на перекате, под тем берегом – рыба сыграла. Для сёмги, правда, маловата будет, – харюзок, наверное.
Человек собирается на войну…
…Ну, вот, – не могу сказать что чего-то подобного чисто со временем не ожидал.
Ожидал.
Вот только не так быстро, разумеется…
– Ты хорошо подумал? – спрашиваю.
Славян – только кивает.
Типа, – хорошо.
Подумал, в смысле.
Вздыхаю: