Роман Абрамович Теппер был интереснейшим собеседником: человек прошёл войну в звании капитана артиллерии, все драматические события в жизни нашей великой Родины происходили на его глазах, а математику ему преподавали ещё царские офицеры, и у них был свой взгляд на многие вещи… К тому же рассказчиком Роман Абрамович был ну просто великолепным! Обнаружилось занятное: Борис Абрамович мило приятельствует с Тимом Меничером (Богданом Минийчуком)… В общем, выяснилось: конечно, мы живём в огромной стране, где когда-то было триста миллионов жителей, а рядом ещё Европа и не так далеко – Штаты, где ещё миллионов триста, – а вот профессиональный кружок невелик и в нём все про всех всё знают! Удивительным образом все эти люди, с которыми меня свела работа, оказались связаны по жизни тесными, добрыми, приятельскими отношениями – и ни в какое понятие «нетворкинг» в классическом смысле это не вписывается. Короче, не читайте мерзких книжек про лицемерие и искусственную симуляцию псевдохороших отношений! Будьте искренни, и вам откроется большой и доброжелательный профессиональный мир.
Через много лет в «Механике» появилось направление «Лодган» (производство изделий для тюнинга стрелкового оружия, возглавляемое Григорием Штырлиным). Попутно выяснилось, что Борис Теппер за эти десять лет, устав быть главным инженером на NEWAY, ушёл оттуда и создал свою собственную маленькую компанию – и на тех же принципах, на которых обрабатывались сёдла клапанов, создал инструмент для обработки торца ствола. В общем, обнаружилось, что можно написать письмо или набрать номер телефона – и вполне по-русски поговорить со специалистом-инженером и обсудить с ним вопросы конструкции, технологии или баллистики. Конечно, за много лет жизни в Соединённых Штатах Борис привык к американским правилам: чаще стал оглядываться на то, что разрешено или не разрешено, что подпадает под регулирование, а что – нет. В России с «регулированием» всегда было более или менее вольно. У нас деловая практика ориентируется на формальное законодательство, но никогда тождественно с ним не совпадает.
Но как бы там ни было, профессиональный мир – он всегда весьма тесен. И иметь в нём репутацию нормального человека – не обязательно милого и улыбчивого, а
Ещё одна важная тема, изученная нами на практике, болезненная, но необходимая. Из серии «уж сколько раз твердили миру…» Гениями, провидцами и идеальными руководителями никто из нашей команды не является. Идеальных «вааще» нет в материальной природе. Идеал – это философский конструкт. Идеальный талер был в кармане у Гегеля, как он сам шутил – за что его уже сто пятьдесят лет критикуют. Мы же были нормальными разгильдяями, только голодными, деятельными и довольно настойчивыми. Эти качества позволяли добиваться определённых успехов, но не исключали повторения некоторых, в том числе вполне хрестоматийных, ошибок.
Итак, Гегель рассуждал про идеальный талер в кармане своего пальто, дедушка Ленин его за это ругал и утверждал, что «социализм есть учёт и контроль». Как выясняется, и капитализм тоже.