На протяжении веков великими соперниками на Среднем Востоке были Рим и Персия. В 364 г. Римская империя окончательно разделилась на Западную и Восточную (позже названную Византийской империей), и Византия воевала с сасанидской Персией, как Рим воевал с парфянами на востоке. К началу VII в. обе империи были измотаны столетними войнами, и в момент их ослабления на средневосточной арене появилась новая сила — арабская.
Арабы кочевали по пустыне и торговали в городах на Аравийском полуострове. Располагаясь по рубежам двух великих империй, они иногда служили в их армиях, иногда торговали с ними.
Магомет (ок. 570—632) был арабским караванным торговцем из Мекки. Его глубоко поразил монотеизм евреев и христиан, с которыми ему пришлось сблизиться. Он имел видения и прозрения и уверовал в свое пророческое предназначение распространять слово Божие — в сущности, то же откровение монотеизма, что было дано евреям и христианам, — среди арабов. Он основал небольшое религиозное государство в Медине, обращая в свою новую религию, названную исламом, местных горожан и других арабов, населявших окрестности. После его смерти эти арабы совершали набеги на прилегающие территории, неся с собой мусульманскую религию. Их религиозное рвение, наложившись на слабость Персидской и Римской империй, привело к тому, что очень скоро в их руках оказались огромные пространства. К середине VIII в. они опрокинули Персидскую империю, отбили у Византии Египет и всю Северную Африку у готов и дошли через Испанию до Пиренеев.
Это завоевание явилось событием чрезвычайной важности для евреев, ибо впервые за много веков крупнейшие еврейские общины, включая вавилонскую, египетскую и испанскую, оказались соединенными под единой политической системой. Более того, это завоевание принесло евреям избавление от мучительно унизительного существования под враждебным христианским господством. Вопреки всеобщему убеждению, арабы предприняли это завоевание отнюдь не с целью обратить весь мир в ислам. Случаи религиозного принуждения действительно были, но в целом та часть населения завоеванных ими территорий Среднего Востока и Средиземноморья, которая обратилась в ислам, поступила так потому, что это было самой простой и естественной вещью, столь же соответствующей по обстоятельствам, как и принятие арабского языка. При этом, невзирая на то, что ислам наравне с иудаизмом и христианством совершенно нетерпим к язычеству, его отношение к евреям и христианам (монотеистам) было достаточно лояльным. Во всяком случае тем, кто хотел сохранить верность монотеистической вере отцов, это было позволено.
Это, конечно, не значит, что жизнь немусульман была легка. Восторжествовавший ислам настаивал на своем праве регулировать религиозную жизнь подвластных ему евреев и христиан и устанавливал правила, регламентирующие их статус. К ним относились терпимо, называя димми, т.е. подданные, пользующиеся покровительством, но в ответ на эту терпимость и те и другие должны были платить особые налоги. Они подвергались также известным унизительным ограничениям, отчасти заимствованным из практики ограничений в отношении евреев, которые существовали в Римской империи. Димми не имели права занимать государственные и общественные должности, иметь рабов-мусульман и строить новые синагоги и церкви; более того, они были обязаны носить особую, выделяющую их среди других жителей одежду и не имели права жениться на мусульманках.
Христианам эти ограничения доставляли страшные унижения и, вероятно, для некоторых служили серьезным стимулом обращения в ислам. Но для евреев эти правила явились, по сути дела, облегчением — они означали, что исламские правители признавали право евреев населять исламские территории и добывать себе средства к существованию. Больше того, это было гарантированное право. Это был большой шаг вперед по сравнению с их статусом под властью христиан, где эти права если и признавались, то скрепя сердце, и где единственным теоретическим базисом для признания за евреями права вообще существовать была унизительная логика Августина Блаженного. Кроме того, правила эти зачастую не применялись на практике. К тому же теперь евреи были не единственной и даже не самой многочисленной группой населения, подвергавшейся такого рода дискриминации. Как мы уже говорили, христиане, далеко превосходившие евреев численностью в мусульманском мире, тоже подвергались ограничениям. По сути дела, религиозный статус христиан представлял для арабов даже большие трудности. Благодаря доктрине Троицы мусульманам было трудно понять монотеизм христиан, а их иконы и распятия вызывали большие сомнения в последователях ислама, который отвергает образы как потенциальные объекты идолопоклонства. Таким образом, говоря в целом, христиане подвергались даже большей дискриминации, чем недвусмысленно монотеистические евреи.
