Между тем Византия, хотя и процветала в те времена, должна была постоянно быть начеку под угрозой со стороны мусульманских армий. Западная Римская империя под напором варварских вторжений V в. пала, погрузившись во тьму средневековья. Территории же, захваченные арабами, были объединены в могучую мировую империю, сплоченную арабским языком и исламской религией. Порой забывается, что период, который мы называем темным средневековьем, был темным лишь для небольшой части мира. Для исламских же территорий период между VII и XIII вв. был поистине золотым веком, и большая часть еврейской диаспоры имела возможность воспользоваться его плодами.
Самуил Ганагид был одной из самых разносторонних и знаменитых личностей среди евреев средневековья. Он родился в Кордове в 993 г. и выдвинулся благодаря своему мастерству в арабском литературном стиле — он служил сначала при дворе губернатора Малагиба, затем при дворе принца Гранады, которая представляла собой независимое государство. В качестве придворного Самуил оказывал серьезное влияние на бурную и опасную политическую жизнь своего времени, нередко принимая участие в войнах против соседних государств — Алмерии и Севильи, возможно, даже в качестве генерала. Ему приходилось подолгу управлять делами Гранады, поскольку принц Бадис временами совершенно пренебрегал своими обязанностями.
Самуил был также и иудаистским ученым. Он писал книги по религиозному закону и по грамматике иврита, а также библейские комментарии. К тому же он находил время и для занятий еврейской поэзией. Он — первый по-настоящему значительный поэт золотого века поэзии на иврите. Во многих своих стихах он описывает сражения, в которых участвовал, и в них чувствуется неловкость, которую он испытывал от этой своей роли. Его поэзия при этом полна жизненной силы; он принимает жизнь во всей ее полноте, со всеми ее возможностями и опасностями. Будучи одновременно государственным деятелем, воином и поэтом, он воспринимал себя как новоявленного Давида:
«Как, — спросят, — можешь Бога в вышних славить?» Скажу: «Давид своей эпохи я ведь».
Мусульмане сохранили благоприятный полуавтономный статус, которым уже давно пользовались вавилонские евреи при персидском владычестве. Особенно упрочилось положение вавилонских евреев с тех пор, как центром мусульманской империи стал современный Ирак, а с 762 г. столицей стал Багдад. Таким образом самая главная община диаспоры оказалась в самом центре мировой империи, а ее лидеры, эксилархи, были приняты при дворе калифов (так называли мусульманских владык). В силу этого эксиларх становился, по крайней мере теоретически, не только главой местной диаспоры, но и главой мирового еврейства, наделенным властью собирать налоги и назначать судей и учителей в диаспорах всей империи.
Ранние мусульмане не слишком почитали сельское хозяйство, но хорошо знали и поощряли торговлю. Это повлияло на «иракских» евреев, которые постепенно переселялись из деревень в города и принимались за торговлю. Процесс переориентации деятельности евреев на торговлю совпал с аналогичным, хотя и имевшим другие причины, процессом в Византии, где евреев вытеснили из крупного сельскохозяйственного производства. Итак, к концу VIII в. большинство евреев мусульманского мира были заняты в торговле и ремеслах; общины становились все богаче и влиятельнее.
Сурская и Пумведифская иудейские школы теперь привлекали к себе студентов из всех диаспор, и по всему миру расходилось их религиозное учение. Скоро эти образовательные центры переместились в Багдад. Их руководителей называли геоним (множественное число от «гаон» — сияние), что представляет собой аббревиатуру грандиозного титула, который означает «президент школы сияния Иаковлева».
Геоним старались унифицировать религиозную практику евреев во всем мире, публикуя официальные мнения по религиозным вопросам (называвшиеся «респонса»). В силу исторической случайности — того обстоятельства, что вавилонские евреи оказались на той территории, которую мусульмане решили сделать центром своей империи, — именно вавилонский, а не палестинский Талмуд навсегда стал высшим авторитетом в еврейском законе. Роль геоним была столь велика, что весь период еврейской истории с VII по XI в. называют геоническим периодом.
