Вошел Профессор Фэлл, быстро огляделся и, прежде чем Мэтью успел моргнуть, подошел к столу с графинами, взял один из них и ударил им Менегетти по голове. Тяжелый графин с толстым стеклом не разбился, но звук удара по черепу был впечатляющим. Виноторговец издал тихий стон, словно зевнул перед тем, как хорошенько вздремнуть, его голубые глаза на загорелом лице закатились, и он резко опустился и соскользнул со стула, как будто его зад смазали маслом.
— Ты же еще ничего не купил, не так ли? — невинно поинтересовался Профессор.
— Нет.
— Ну, разумеется. Ты пришел сюда с задницей на плечах. — Он поставил графин на стол. — Та девушка пыталась остановить меня на лестнице.
— Вы убили ее?
— Я ее поцеловал.
— Вы
— Она очень красивая. Я ее поцеловал. Она понятия не имела, что со мной делать, и я достаточно ее шокировал, заставив замолчать дня на два.
— Вы же собирались на корабль.
— Это парень очнется, пока мы будем рассуждать о мотивах и делиться жизненной философией. Я бы предпочел потратить время, которое у нас есть на… — Фэлл не закончил. Он отодвинул кожаное кресло, открыл верхний ящик стола и принялся в нем рыться. — Ага! — воскликнул он, поднимая серебряный нож для писем, который выглядел достаточно острым для вскрытия восковых печатей. — И… — дальше он достал маленький мешочек из воловьей кожи, который звенел и бренчал, когда он его тряс. Он бросил его Мэтью, и тот, развязав шнурки, обнаружил внутри много золотых монет.
Торговец вином тихо застонал. Его нога дернулась и ударила по ковру.
— Посмотрим-ка… что у нас тут?
Из самого дальнего ящика Профессор достал маленькую прямоугольную шкатулку из черепахового панциря с золотыми петлями. Он открыл ее и посмотрел на предмет внутри, лежавший на роскошном ложе из голубого атласа. Затем он перевернул шкатулку вверх дном, и черный ключ с грохотом упал на дубовый стол.
— Закрой дверь, — приказал Фэлл, и Мэтью повиновался.
Профессор стоял над медленно приходящим в себя Менегетти. Он несколько раз ударил ножом для писем по раскрытой ладони и, глядя на торговца вином, сказал Мэтью:
— Теперь ты увидишь, как это делается.
Менегетти сел и потер голову обеими руками. Его затуманенные глаза уставились на фигуру над ним, и он начал говорить по-итальянски.
— Ничего подобного. Только по-английски. Сядь за свой стол, — приказал Профессор.
Заскулил ли Менегетти, когда с трудом опустился в кресло? Да, заскулил, потому что увидел перед собой на столе черный ключ.
Мэтью наблюдал за Профессором с благоговением. Старик снова стал тем, от кого он отмахнулся, как от старой змеиной кожи. Фэлл оскалил зубы. Янтарные глаза сверкнули, и даже черты лица, казалось, изменились, став резкими. Он почему-то стал выше.
Старик наклонился к Менегетти с холодной улыбкой, и Менегетти в кресле отпрянул. Голос Профессора был подобен яду, смешанному с шелком.
— Какой глаз ты предпочел бы потерять?
— Что?
— Я не сказал ничего подобного. — С этими холодными словами он поднес нож для вскрытия конвертов к правому глазу Менегетти и вогнал его под кожу виноторговца. Менегетти сдавленно закричал.
— Никаких криков, — приказал Фэлл. — Никаких звуков, кроме ответов на наши вопросы. Один громкий звук — и ты лишишься глаза. Итак, куда Скараманги забрали наших друзей?
— Я не могу… пожалуйста… я не могу…
Фэлл ударил его ножом в лицо чуть ниже глаза. Кровь хлынула, как алое вино.
— Пожалуйста… я не могу… они найдут меня… убьют меня… убьют всех!
— Тупой ублюдок, — прошипел Профессор. —
— Пожалуйста… кто вы?
Фэлл наклонился ближе.
— Я — твоя смерть, — прошептал он ему на ухо.
— Быстрее, — поторопил Мэтью.
— Этот человек думает, что кто-то войдет в эту дверь и спасет его. Но, если кто-то постучит или скажет хоть слово, я воткну это… — Фэлл приставил острый предмет прямо к паху Менегетти и надавил. Послышался хрип боли, смешанной с ужасом. — Я спрошу еще раз. В последний раз. Куда Скараманги забрали наших друзей?
— Хорошо, хорошо! — всхлипнул торговец вином, по лицу которого стекала кровь. — Я скажу! У них есть поместье… хорошо охраняемое… на побережье, к северо-востоку… в Портегранди. Поезжайте в Портегранди. Это… это за холмом с… семью деревьями. За холмом с семью деревьями, вы его точно не пропустите! Это очень большое поместье, с красными крышами.
— Спасибо. Ты приведешь нас туда, и, если это поместье не в Портегранди, за холмом с семью деревьями, который ты только что придумал… — Фэлл приставил лезвие к уголку правого глаза Менегетти и надавил. Он снова наклонился вперед, и Мэтью показалось, что все его лицо с острыми выступающими костями теперь похоже на режущее оружие, — ты съешь свои глаза, прежде чем умрешь. Встань.
— Подождите! Нет… подожди... нет... оно не Портегранди! Мирано! Сразу за Мирано, в двух милях от последних вилл. Дорога там поворачивает на юг. — Менегетти заколебался, осознав, что свел в могилу себя и, возможно, своих близких. — Они убьют меня, — взмолился он.
