Левиафан полностью

— В вашей столовой? — Мэтью пришел в ужас. — О чем вы?

— Я о том, что в семь часов за тобой и Блэком приедет моя карета и отвезет вас на ужин ко мне и сеньорите Эспазиель, а также… к вице-королю де Кастро. Вот, — Сантьяго достал из кармана часы и протянул их Мэтью. — Ровно в семь, как вы, англичане, любите говорить.

— Я? Поужинать с Блэком? Вы, верно, с ума сошли!

— Попридержи язык, Корбетт. Я считаю тебя гостем в своем городе. Мне нравились наши партии в шахматы, но не зазнавайся. И делай то, что тебе говорят. Это понятно?

Мэтью не стал спорить. Что бы тут ни происходило, на игру это походило меньше всего. Затевалось настоящее дело, и очень серьезное.

— Ужин с высокопоставленными чиновниками? — фыркнул Блэк. — Мы с Доминусом будем в восторге!

Мэтью не смог удержаться и спросил:

— А где сейчас Доминус?

— Стоит прямо за вашими спинами, конечно.

Сантьяго развернулся, но ни Мэтью, ни Камилла не клюнули на эту грязную наживку. Губернатор выдохнул облачко пара и поправил сюртук на плечах, который немного съехал из-за его резкого движения.

— В семь часов, — сказал он Мэтью и вышел из камеры, громко стуча каблуками.

Камилла подняла к книгу, и рука Блэка зависла в воздухе. Он желал прикоснуться то ли к дьявольскому фолианту, то ли к плоти охотницы на ведьм.

— Вы читали ее? — благоговейно прошептал Блэк.

— Несколько раз.

— Понимаю. У нас с вами много общего, не так ли, сестра? — Его заостренные зубы блеснули в свете лампы.

— Нам пора, — сказала Камилла и вышла.

Мэтью попятился от Блэка, который, наконец-то, встал, чтобы собрать упавшие кольца. Мэтью притворил за собой дверь и поспешил нагнать Камиллу.

— Теперь вы понимаете, что я имел в виду? — спросил он, когда они поравнялись и вместе пошли по изгибающемуся коридору к лестнице, по которой уже успел спуститься Сантьяго. — Я говорил о Доминусе. Блэк безумен.

Камилла остановилась, и Мэтью тоже замер. Увидев насмешливую улыбку на ее губах, он оторопел.

— Безумен? — переспросила она, погладив потрескавшийся переплет книги. — Молодой человек, прежде чем Блэк упомянул своего господина, у меня по спине побежали мурашки. Позади нас действительно что-то стояло.

Вопрос, не сошла ли она с ума, застрял у Мэтью в горле. Блэк назвал ее сестрой. Неужели в своей демонической горячке он понял об этой женщине нечто такое, что было недоступно другим? Охотница на ведьм? Или ведьма?

Пока Мэтью размышлял, Камилла развернулась и пошла дальше, но снова остановилась, не дойдя до лестницы, потому что на ее пути возникла еще одна фигура. Этой фигурой оказался Хадсон Грейтхауз. Вероятно, он шел к Мэтью, чье нынешнее пристанище — не очень большое, но все же больше, чем его жилище в Нью-Йорке, — находилось как раз рядом с лестницей.

Камилла приблизилась к Хадсону. Она была с ним практически одного роста, хотя Великий, разумеется, превосходил ее в габаритах. Мэтью заметил, как Камилла оглядела бородатого истощенного мужчину с ног до головы, пока тот стоял и тупо пялился на нее, как если бы никогда прежде не видел женщин. Скорее всего, таких, как она, он и вправду прежде не встречал.

— Кто эта печальная особа? — усмехнулась Камилла, обратившись к Мэтью.

— Мой друг Хадсон.

Камилла некоторое время молча смотрела в лицо Грейтхауза, а затем махнула свободной рукой из стороны в сторону перед своим носом.

— Вы что, никогда не моетесь? — спросила она и поспешила пройти мимо него.

— Кто это, черт возьми, был? — спросил Хадсон, когда женщина исчезла из виду.

— Охотница на ведьм.

Или ведьма, — снова подумал Мэтью.

— Кто?

— Неважно. Я расскажу тебе позже.

Мэтью пошел за Камиллой, чтобы проводить ее и Сантьяго, однако его остановил голос Хадсона, в котором впервые с момента приезда сюда прозвучало чуть больше силы.

— Мэтью!

— Да?

Хадсон подошел к нему и посмотрел туда, где скрылась Камилла.

— Может быть… я должен привести себя в порядок. Как ты думаешь?

— Я думаю, что да, — ответил Мэтью, побоявшись спугнуть мимолетное вдохновение друга.

— Ты… можешь принести мне мыло? Я имею в виду… когда сможешь. И… — рука Хадсона поднялась и коснулась его спутанной бороды. — Может… ножницы и бритву?

— Можешь воспользоваться моими, — ответил Мэтью. — Я принесу их тебе, — он начал спускаться вслед за Камиллой Эспазиель к губернаторской карете и на полпути к подножию лестницы понял, что, кем бы она ни была — охотницей на ведьм или ведьмой, — эта женщина уже наложила заклятие на Хадсона, и оно вполне могло быть достаточно сильным, чтобы спасти жизнь его друга.