- Господин-то наш - золотой человек! - говорил мельник. - Вот и дочь мою, Келли, в штат к себе принял. И жалованье неплохое платит, и отношение к слугам у него человеческое, как говорят. Девочка моя там третий день всего. Расскажет мне, что там, да как.
- А что же, у него слуг мало? - спросил Эван.
- Почему же? Вполне достаточно. Просто он так помогает бедствующим. У него в замке столько народу живет! Ну, не просто живет, конечно. Работает, как положено. Им жалованье за это платят. Но фактически, в Эймаре слуги такие же хозяева, как наш господин. Великий он человек! Благодаря ему и живем. До него ведь - лет десять назад - тут все в упадке было. Помню я те времена... с трудом мы выживали. А как хозяин в замке сменился - все на лад пошло. Возродил он наши земли, вернул к жизни! Это вам любой скажет, хоть в Ольниксе, хоть в Нальморе.
- А что ж его не видел никто, раз он такой замечательный? - спросил Эван.
- А уж вот этого не знает никто. Но то, что у нашего господина есть какая-то тайна, это совершенно точно.
- Но тайны ведь есть у всех? - рассудительно заметила Алька.
- У всех-то у всех, но у хозяина нашего Эймара тайна особенная. Страшная.
Одним словом, из сказанного мельником можно было сделать вывод, что хозяина замка Уолринс очень уважает и немного побаивается, хотя практически ничего о нем не знает. О самом замке он тоже мало что мог рассказать. Поэтому вскоре он опять начал говорить о своей мельнице, о семье, в частности, о своей дочери Келли: и умница она, и красавица... а вот наши путешественники ничего не рассказывали, а только слушали. Слишком уж много секретов у них было... и слишком они были важными.
Около пятнадцати миль они проехали без приключений, чему наши путешественники очень радовались - хватило с них Черного леса. Но когда, очень неожиданно, практически с ясного неба, пошел дождь, все сразу напряглись, вспомнив ливень в Черном лесу. Но этот дождь был совершенно обычным, и беспокойства никому, кроме мельника, волновавшегося за свою муку, не причинил. Но муке ничего не сделалось - мешки были надежно укрыты, а вот сам дождик оказался обыкновенным только на первый взгляд...
- Что это с тобой?! - изумленно воскликнула Алька, взглянув на Ли-фанну.
- В смысле? - непонимающе переспросила она.
- С волосами с твоими!
Ли-фанна поспешно оттянула к глазам челку, которая уже больше полугода была выкрашена в яркий, ядовито-зеленый, цвет. Но сейчас волосы почему-то стали своего обычного, угольно-черного цвета. И Ли-фанне почему-то казалось, что это произошло не только с челкой. Но если краску смыло дождем, что в принципе было невозможно, то у нее все лицо должно быть зеленым! Но проведя по лицу рукой, она поняла, что это не так. Просто вся «зелень» с волос исчезла, будто испарилась. Случилось то, чего так долго добивалась мама...
- А ты даже на человека стала похожа, - с насмешкой улыбнулась Алька.
- Вот уж спасибо, - буркнула Ли-фанна. Не очень-то ей хотелось быть похожей на обычного человека.
Эван взглянул на нее с интересом и удивлением, но ни слова не проронил. А Рэй оглянулся, и, заметив перемену в ее внешности, с улыбкой произнес:
- Не переживай, Ли-фанна. Все нормально. Просто в Эймаре не любят штучек навроде твоих зеленых волос. Так что этот дождик тоже, можно сказать, волшебный, только для нас он совершенно безвреден.
Ли-фанне так почему-то не казалось. Своими волосами она, несмотря ни на что, гордилась, и избавляться от «этой зелени» не собиралась. Но теперь уж делать нечего...
Дождик закончился очень быстро - никто даже промокнуть не успел. Так что к Эймару все подъехали в приподнятом настроении. Ну, может, кроме Ли-фанны. Но и ей стало не до своих проблем и глупых обидок на хозяина замка, когда она увидела Эймар во всем его великолепии.
Он был именно таким, каким Ли-фанна увидела его с окраины Черного леса. Огромный замок, казалось, подпирал само небо. У стены, окружавшей Эймар, тихо плескались темные воды рва. Сама стена, сложенная из огромных камней странного цвета - такого цвета бывают грозовые тучи - была неприступной и какой-то... очень крепкой, твердой... монолитной. Будто и не строили ее, а сама она появилась из ниоткуда, как по волшебству. Да и сам замок, казавшийся из-за стены и рва далеким и недостижимым, был наполнен чем-то бесконечно древним и мудрым - намного древнее любой магии. Хотя магия была на Листе всегда. Или нет?..
Ли-фанна никогда прежде не видела ничего похожего на Эймар. В сравнении с ним даже королевский дворец Эфарленда мог показаться невзрачной избушкой. И почему них в Дарминоре почти никто ничего не знает об этих местах? Сама она об Эймаре раньше слышала немного - только о его таинственном хозяине. Алька, похоже, знала не больше нее. Судя по выражению лица, Альнора тоже была поражена и восхищена увиденным. Но оставаться равнодушным, видя перед собой такое великолепие, было просто невозможно. Эван тоже замер, глядя на башни, которые, казалось, сверкали в солнечном свете. А Рэю, похоже, было привычно подобное чудесное зрелище. Во всяком случае, его лицо было абсолютно непроницаемо.
