— Убрали от него свои руки, грязные, нечестивые и недостойные твари!
Шавкат медленно и по кругу обходил нас, пока его жены в ужасе подскочили со своих мест. Их лица окаменели, а присутствующие мужчины ждали действий своего хозяина, но в глазах ублюдка читалось только веселье. Ему нравилась эта картина, потому он и продолжил.
— Тоже плетей захотела, хабибти? — пророкотало чудовище и кивнуло уже другой твари, которая и взмахнуть платью не успела, а уже валялась за моей спиной. Я сумела расслышать только звук падения тела, прежде чем, судорожно вздохнуть.
— Не сметь!!! И пальцем трогать!!! — от этого нечеловеческого рычания, даже по моей коже пошёл мороз, хотя я знала этого мужчину, чувствовала его и он действительно стал моим.
Однако и я не уловила того, как Тангир вскочил и перехватив плеть охранника Шавката, свернул тому шею одним рывком за считаные секунды. Только чувствовала жар от его тела за спиной, когда он встал во весь рост. Он горел так, словно был в лихорадке. Металлический запах крови, смешанный с мускусным ароматом кожи, родил в груди ощущение такой боли, что рука сама нашла его ладонь. Мы встали спиной друг к другу, а в ответ на моё прикосновение, рука попала в стальную хватку. Пальцы Тангира с дрожью ощупывали каждый сантиметр кожи, будто убеждаясь, что это действительно я, что это моя рука и я рядом. Он дышал глубоко и с рокотом, а я понимала его состояние полностью, потому что внутри горела той же яростью.
— Истязать двоих! — от этого бабского вопля во мне поднялась волна необъяснимого спокойствия,
Когда на нас пошли ещё трое из числа охраны, я поняла что медлить больше нельзя.
"Ублюдок очень вовремя решил специально поглумиться… Возможно другого шанса не будет!" — потому я нанесла скользящий удар в грудь ручного пса, который уже заносил плеть, следом развернув Тангира к себе.
Он явно не ожидал того, что я сделаю, потому и не успел отпихнуть оставшихся двоих. Никогда не могла и помыслить, что поцелуй может принести такую боль. Всё потому что, когда наши губы встретились, из горла Тангира вырвался глубокий рокочущий выдох из-за удара плетью по спине. Я только крепче обхватила его лицо и почти плача с жаром поцеловала, толкаясь языком между горячих губ, чтобы передать ему чип.
За новым ударом, который должен был попасть в меня, Тангир вскинул руку и перехватив плеть прижал меня к себе с такой силой, что заныли кажется даже кости. Но я не чувствовала уже ничего, потому что смотрела в настолько пылающий взгляд, будто передо мной и правда был настоящий демон. И он впитывал мою боль по крупицам с жаром лаская губы и вжимаясь всем телом в моё. Дышал со мной и смотрел только на меня.
— Браслет, милый… — еле слышно выдохнула в его губы, ощутив, как Тангир перехватывает и терпит ещё один удар, — Прости… Ради всего святого, прости… Я…
— Успокойся… Со мной всё в порядке… — пророкотал Тангир и опять прижался ко мне, закончив, — Я всего лишь плачу за последний шанс стать опять человеком, Невена.
Я замерла, и не могла понять о чём он, однако в последний момент, схватила Тангира за запястье, на котором был электронный браслет. Будучи итак уверенной, что он не дурак и всё понял сам, наверняка заметив Катерину, всё же боялась. В такую минуту страх стал единственной из эмоций, позволяющей мне здраво мыслить.
— Я сказал, что выполню всё, чего ты хочешь, Шавкат! Однако уговор был…
Тангир смотрел на меня так, будто впитывал каждую черту на лице, а я не узнавала его голоса совсем. Передо мной стоял совершенно другой человек, но в нём ещё жил тот, которого я полюбила.
— Уговор был другой! — Тангир отпустил меня и заслонил собой, вырвав плеть из руки последнего из охранников.
По залу пробежал мужской басовитый хохот ублюдка, на что начали смеяться и его сподручные братья, пока женщины с нескрываемой завистью смотрели прямо на меня. Каждая прожигала взглядом так, словно я повинна в их судьбе, и в том, что рядом со мной стоит такой мужчина.
А сейчас это было именно так. Потому что в этот момент Тангир не выглядел, как сопляк, которым его назвал Лей. Сейчас меня за руку держал мужчина, который даже вытерпев боль, не отходил от меня ни на шаг.
"Разве такое возможно? Разве так бывает?" — я замерла понимая, что любой взгляд этих тварей будто бил по нам подобно тем самым плетям.
Особенно взгляд старшей жены Шавката, которая, как царица стояла на своём постаменте и с нескрываемой завистью, открыто и нагло осматривала Тангира, как вещь. Смотрела и прожигала его взглядом так, будто это не я покупка её мужа, а Тангир вещь, которую хотела купить она.
"Животные… Животные позорящие свой род и свои обычаи и устои…" — пронеслось в голове, но оборвалось, как только Шавкат прекратил гоготать, как сволочь и пробасил:
— Следующий выход на арену твой, Левиафан! Сумеешь со своим дружком устоять перед моими маврами, тогда может Невена избежит той участи, которую я тебе пообещал.
