И Ольга начала догадываться, в чем причина. Опыт опытом, а смотрят на лицо. И когда на собеседование с ней приходили хорошенькие девушки возраста Аллы, она понимала, почему предпочтение отдают им, а не ей. Морщинистая, сгорбившаяся под грузом проблем, эта мрачная женщина в обносках излучала тяжелую энергетику. Ее вид пугал, а ей предстояло работать с клиентом, обслуживать, улыбаться… Администратор старался поскорее закончить разговор, поскольку видел сразу, что она не подходила. Ей предлагали заполнить анкету, которую рвали и выбрасывали под стол, стоило Ольге выйти за дверь…
Она была в отчаянии. Деньги утекали как вода. Загрипповал Димка, и кошелек похудел на полторы тысячи рублей.
«Как же все подорожало! Каких-то пару месяцев назад, еще по осени, все то же выходило в тысячу! Теперь же…» – поражалась Ольга.
И куда ни кинься, продукты, техника, лекарства, вещи – на все установилась новая цена. За две недели она потратила восемь тысяч, в то время как раньше умудрялась протянуть на одиннадцать месяц, еще и с сыном вдвоем. Такими темпами сколько же выйдет за декабрь? Шестнадцать? А впереди ведь Новый год, нужно накрыть мало-мальски приличный стол, и Димка ждет подарок… Те пятьдесят тысяч, что она отложила для племянницы, уйдут за три каких-то месяца. Прогноз ее пугал, и Ольга приняла решение.
Первым делом она отбросила иллюзии, внушенные ей Аллой, утратила наивные мечты о работе «в тепле и чистоте». При взгляде на ухоженных женщин в белых рубашках она ощущала, что недостойна находиться здесь, среди красивого белья. Ее мозолистые руки привыкли к грубой работе, ее пальцы не знали ухода, а ногти – маникюра. Она терялась в этом царстве кружевных вещиц, чувствовала себя здесь не в своей тарелке. И ей не оставляли шанса: на должность продавца она не подходила, была вороной в стае лебедей.
«Послушала, блин, Аллу и потеряла время! Да не нужна я им, ведь не-нуж-на. Там фифы все с ногтями, а мне б попроще магазин найти. Чтобы не ждать, пока одобрят, а сразу выйти да работать, чтобы зарплата шла. И хватит мне советов, никого не буду слушать! У Аллы все легко, она с образованием, а мне что на нее равняться? Мне, что ни день, так капает с дырявого кармана по рублю».
Ольга настроилась на любую работу, что ей предложат, и, купив газету, наткнулась на объявление: «В супермаркет (район Борисенко) требуются продавец-кассир, уборщик». Ольга оживилась: как удобно! Это же рядом, пять минут ходьбы от дома, не нужно тратить на проезд. Зарплата кассира такая же, что она получала у китайца, зарплата уборщицы пониже…
«Невысокая, по меркам Аллы нищенская… Но работа мне нужна, и ждать, сидеть без дела я не буду», – решила Ольга.
Отговорить ее было некому: Алла уехала в Шанхай, да и ее слова здесь мало что решали. Ольга находилась в таких жестких рамках, что уже не рассуждала, какое место лучше, какое хуже. Она осознавала, что через месяц-другой им нечего будет есть, ею двигал главный инстинкт – выжить.
Она шла с решительным настроем получить работу,
При виде ее рвения администраторша опешила. Ну что поделаешь, в стране же кризис, а у людей нужда; все она прекрасно поняла.
– Конечно, если вас устраивает… – сказала та и принялась расписывать условия.
Ольга ловила информацию, все: от графика работы до размера зарплаты, не упускала ни одну деталь. При словах «официальное трудоустройство» глаза ее загорелись: это же важное условие для опекунства! Зато оклад – шестнадцать тысяч. И ни копейкой больше. И как тут прокормить двоих детей?
Но радость, что работа, наконец, нашлась, затмила все. И Ольга согласилась на условия. К приезду Аллы она могла «похвастаться» работой.
– Уборщицей? И все тебя устроило? Но как же? – недоумевала Алла.
– А кто где приготовил мне? И где она, хорошая работа? – с усталостью сказала Ольга. – Как будто кто-то положил на блюдце… Так просто говоришь.
– Но ты могла бы подождать вакансию кассира…
– Ага, и черта с два бы кто перезвонил! Так можно ждать и месяц, два. А у меня карман дырявый, и деньги утекают только так! Сын учится, племянница в детдоме… И знаешь, пусть зарплата небольшая, главное, что есть; мы не гордые, за миллионами не гонимся. Коммуналка оплачена в срок, на столе есть хлеб, а большего нам и не надо. Мы не живем мечтами. Наша реальность – это здесь, сейчас.
Ольгу раздражало, что все стремились ее поучать. Люди лезли с непрошеными советами и слышали только себя.
– Ну, тебе виднее, – сказала Алла.
***
Когда они увиделись через неделю, в двадцатых числах декабря, Ольга обмолвилась, что собирается подыскивать еще одну работу.
– А как ты будешь успевать? Работать по ночам? – наморщив лоб, спросила Алла.
– Нет, график же посменный, два дня работаешь – два отдыхаешь. Найти бы что-нибудь в свободные два дня…
