Обхватив глиняную куклу, Львенок безучастно кивала.
– Директор Юань и директор Цзинь много рассказывали о вас, – вежливо сказала Сяо Би.
– Первая лягушка в Поднебесной, – хвастал Юань Сай.
– Эта скульптура – работа Сяо Би, – добавил брат.
Я с деланым восхищением вздохнул.
– Прошу почтенного Кэдоу высказывать критические замечания.
Мы выстроились кружком у лягушки. Мне казалось, что в каком месте около нее ни встань, она отовсюду следит за мной своим мрачным взглядом, так и цепляется глазами.
После съемки мы в сопровождении Юань Сая, брата и Сяо Би осмотрели пруд для разведения лягушек, пруд головастиков, трансформационный пруд и пруд для лягушат, а также цех пищевой переработки и цех производства продуктов из лягушатины.
Потом пруд для разведения лягушек я часто видел во сне. На поверхности этого пруда с мутной водой площадью около сорока квадратных метров и глубиной около полуметра самцы, выдувая белые пузырьки, издавали призывные звуки, похожие на бычий рев, а самки, раскинув лапы, неторопливо приближались к ним. Множество лягушек уже соединились в пары. С самцом на спине самка двигалась по поверхности, а самец, вцепившись в нее передними лапами, задними непрерывно давил ей на брюшко. Из полового отверстия самки появлялись комочки прозрачных яиц, и одновременно в воду выплескивалась прозрачная сперма самца.
– У лягушек оплодотворение экстракорпоральное, – доносился голос брата, а может это был Юань Сай. – Самка может каждый раз выметать от восьми до десяти тысяч яиц – это гораздо выше возможностей человека. – Со всех сторон раздавалось кваканье, воду в пруду прогрело апрельское солнце, и вокруг разносилась тошнотворная вонь. – Здесь они спариваются и производят потомство. Чтобы увеличить количество выметываемых самками яиц, мы добавляем в корм соответствующие стимуляторы – ва-ва-ва, лягушки – уа-уа-уа…
В ушах у нас стояло одно кваканье, а перед глазами стояли одни лягушки, когда нас привели в роскошный ресторан.
Две официантки в розоватой форме принесли чай, подали кушанья и налили вино.
– Сегодня у нас банкет целиком из лягушатины, – объявил Юань Сай.
Я взял со стола меню и пробежался по нему: лягушачьи ножки с перцем и солью, жаренная в масле лягушачья кожа, отбивная из лягушки с зеленым перцем, ломтики лягушки с побегами бамбука, головастики, тушенные в кислом соусе, суп из лягушачьих яиц с шариками тапиоки…
– Извини, но лягушек я не ем, – заявил я.
– Я тоже, – подхватила Львенок.
– Но почему? – удивился Юань Сай. – Это же так вкусно, зачем отказываться?
Я прилагал все усилия, чтобы выбросить из памяти выпученные глаза, покрытую слизью кожу и до дрожи отвратительный запах, но безуспешно. И печально покачал головой.
– Недавно южнокорейские ученые получили из кожи лягушки-быка чрезвычайно ценный пептид, который можно использовать в борьбе с антиоксидантами и который может устранять внутрителесный свободный радикал человека, естественное вещество для омолаживания, – загадочно сообщил мой двоюродный брат Цзинь Сю. – Он, конечно, оказывает и множество других тайных воздействий, особенно в том, что способен значительно повысить возможность рождения женщинами двойни и более.
– Может быть, все же отведаете? – не унимался Юань Сай. – Наберитесь смелости и попробуйте! Даже скорпионов, конских пиявок, земляных червей и ядовитых змей есть не боитесь, неужто не посмеете поесть лягушку-быка?
– А ты разве забыл? Ведь мой псевдоним – Кэдоу, Головастик!
– Верно, верно! – И Юань распорядился официанткам: – Все, что на столе, убрать, скажите на кухне, чтобы приготовили новый стол и чтобы ничего из лягушек!
Подали новые блюда, выпили по три рюмки.
Я спросил Юань Сая:
– Как это ты, дружище, додумался лягушек-быков разводить?
– Хочешь зарабатывать большие деньги, надо думать о том, до чего не додумались другие! – пуская кольца дыма, с довольным видом заявил Юань Сай.
– Ну ты талантище! – сказал я не без иронии, подражая интонации артиста в одной миниатюре. – С детства был не такой, как другие. Разводить лягушек-быков – дело хорошее. Но как же другие твои способности – гвозди из желудка коровы вынимать, предсказывать судьбу и гадать по лицу на рынке, разве не жалко забросить?
– Ты, Кэдоу, парень не промах, бьешь – так не по лицу, бранишь – так не вскрывая недостатков, – крякнул Юань Сай.
– А еще стальным крючком женщинам кольца снимать! – холодно бросила Львенок.
– Ох, тетушка, – вздохнул Юань Сай. – Об этом деле тем более заговаривать не след. В те времена у меня, во-первых, сознательность была низкая, во-вторых, сердце доброе, не устоять было перед приставаниями всех этих теток, помешавшихся на том, чтобы родить ребенка, ну а в-третьих, к чему только нужда не принудит.
– А теперь не побоялся бы сделать это? – не отставал я.
– Сделать что? – вытаращился на меня Юань Сай.
– А кольцо снять!
– Судя по твоим словам, я такой беспамятный получаюсь? Несколько лет исправительных лагерей давно уже сделали меня другим. Теперь я человек солидный, деньги зарабатываю по-честному, ни на какие незаконные дела не пойду даже под дулом пистолета.
