Мы вошли в калитку и прошли за дедушкой по двору. Перед домом стоял стол. За столом сидели гости.
– А вот ещё гости. Теперь из Москвы, – сказал дедушка. – Присаживайтесь, вещи вот сюда положите, там рукомойник. Руки перед едой моете?
– Моем, – в два голоса сказали мы и пошли к рукомойнику.
Вернулись, сели за стол, и Серёга сказал:
– Дедушка Махмуд, мы приехали…
Но дедушка не дал ему договорить:
– Дела потом, сначала вы должны поесть.
Мы и правда сильно проголодались и накинулись на еду.
А еда была прекрасная. Мы никогда в жизни не ели жареного барашка. А здесь он был главным блюдом. А к нему ещё были овощи и вкуснейший хлеб. А ещё был белый сыр. Всё было такое вкусное, мы никак остановиться не могли. А гости произносили тосты и пили вино. Нам вина не дали, нам налили компота, такого вкусного, что, думаю, никакое вино с ним не сравнится. Дедушка сказал, что это компот из кизила. А мы такого фрукта даже не знали. А может, это и не фрукт никакой, а скорее ягода. Сладкий вкус с небольшой кислинкой.
Потом гости разошлись, и мы остались одни с дедушкой Махмудом.
– Что ж, – сказал дедушка – давайте рассказывайте, с какой целью приехали.
Несмотря на то что Махмуд Отпадепов был горец, то есть родился и жил в горах Кавказа, он очень хорошо говорил по-русски. Безо всякого акцента.
Мы его называли дедушкой, может быть, он и был кому-то дедушкой, но выглядел очень молодым, намного моложе своих лет.
Я стал рассказывать, что мы прочли в газете заметку о том, что он празднует свой день рождения на Эльбрусе, вот мы и решили приехать сюда и вместе с ним отметить день рождения на вершине Эльбруса. Мы согласны нести его вещи, согласны собирать хворост для костра. Мы на всё согласны, лишь бы он, дедушка Махмуд, взял нас с собой на гору.
– Зачем вам это нужно? – спросил дедушка.
– Ну как же, – ответил Серёга, – это же так интересно – пойти в поход, забраться на самую высокую гору Кавказа! Мы потом приедем домой и всем будем рассказывать, и все обзавидуются.
– А вы привезли разрешение от родителей? – строго спросил дедушка Махмуд.
– А как же, – ответил я и протянул дедушке лист бумаги.
Дедушка прочитал разрешение, улыбнулся и сказал:
– Кто из вас писал это разрешение?
– Я писал, – сознался я, – потому что у нас не было времени. Но подписи настоящие, вот и вот.
– Ну да, – сказал дедушка, – подписи настоящие, только неизвестно чьи они.
– Моего папы и его папы.
– Понятно, – сказал дедушка Махмуд. – У твоего папы не было времени и у его папы не было времени написать письмо, как только у них времени хватило расписаться? Считайте, что я вам поверил. И денег вам родители дали на проезд?
– Конечно, – сказал я, – иначе откуда бы мы взяли столько денег.
– Хорошо, – сказал дедушка, – приехали – и молодцы, поживите у меня, я гостям всегда рад.
– А на гору нас с собой возьмёте? – не удержался Серёга.
– А вот на гору я вас с собой не возьму. Маленькие вы и слабенькие. Идти на Эльбрус – это не забава, это тяжёлое дело.
– Мы – слабые? – возмутился Серёга. – Да я, если хотите знать, подтягиваюсь пятнадцать раз!
Вообще-то он подтягивался четырнадцать раз, но тут Серёга слегка прибавил.
– Хотите, – разошёлся Серёга, – мы вам все дрова на зиму нарубим?
Он это сказал потому, что во дворе лежали чурки. Брёвна распилили на большие куски, а поколоть ещё не успели.
– Хочу, – сказал дедушка. – Сегодня не надо, а завтра с утра этим и займёмся, будем колоть дрова.
Он показал нам нашу комнату на втором этаже. Оттуда хорошо виден был весь двор и часть сада. Я посмотрел на множество брёвен и сказал:
– И как мы будем их колоть? Это у тебя сил полно, а мне что делать?
– Не бэ, – сказал Серёга, – прорвёмся.
«Не бэ» – в переводе на русский означает «не бойся», если кто не знает.
– Ну что ж, – сказал я сам себе, – не бэ так не бэ.
Утром мы проснулись, умылись. Зарядку не делали, потому что зарядка нам предстояла на весь день. Поели и пошли с дедушкой колоть дрова. Дедушка показал нам, как это делается. Берёшь полено, ставишь на пень и колуном разрубаешь его пополам. А потом каждую половинку топором разрубаешь на более мелкие доли. Дедушка не только показал нам, но и сам стал рубить дрова. Я подносил брёвна, Серёга их рубил, а потом я дрова относил под навес и складывал в поленницу. Мы работали вдвоём, а дедушка один, но возле него куча дров всё время была больше, чем у нас. И вот так мы работали до двух часов дня. Я уже разогнуться не мог – так устал. Пот лил с нас градом, но Серёга не сдавался, рубил и рубил.
В два часа дня дедушка позвал нас обедать. На обед мы ели кавказский суп-харчо. Острый и очень вкусный суп с мясом, картошкой и овощами. А какие вкусные ломти душистого хлеба! Я такого хлеба никогда в жизни не ел. Его можно съесть очень много. Что мы и сделали. А может, просто наработались, оттого и аппетит был зверский. После обеда и мы, и дедушка поспали часик, а потом снова пошли работать.
Серёга продолжал рубить дрова, а мне дедушка поручил пропалывать грядки с клубникой.
Я на грядке находил сорняки и выдёргивал их с корнями.
