- Может, - резко произносит женщина в белом, медленно поднимает руку и стягивает парик.
Под ним Шерлок с отвращением видит бледное лицо Гарри с полосками пластырей на местах порезов, воспаленные красные глаза, кривящийся рот и коротко стриженные неопрятные волосы. Она отбрасывает парик в сторону:
- Отлично, нет больше смысла притворяться, - произносит она своим обычным голосом.
- Гарри в больнице, - шепчет Джон, признавая свое поражение.
- О, Джонни, - Гарри качает головой, - ты оставил в моей квартире слишком много медицинских книжек, когда ослеп. Я кое-чему научилась, пока ждала своего часа. Комбинация нескольких легально купленных препаратов, правильно озвученные симптомы, и тебя считают тяжелобольной. Вырубить на несколько часов ночную сиделку и положить ее вместо себя – пара пустяков. Зато в кармане ключи от ее машины и полная безнаказанность, - Шерлок снова вспоминает тот самый сериал, который смотрела миссис Хадсон и способ, с помощью которого главный герой обеспечил себе алиби. Похоже, Гарри тоже смотрела его с особым вниманием и взяла на вооружение кое-какие приемы. Шерлок бросает быстрый взгляд в окно, в сторону Бейкер-стрит, и Гарри хохочет. – Ты надеешься на тех двух полицейских остолопов, что топчутся у соседнего подъезда? Зря. Они меня не видели, я вошла через черный ход. Как обычно. Спасибо миссис Норрис за ключи, - Гарри перестает смеяться. – Джон, это я убила Мэри, знаешь ли. Всегда хотела занять ее место.
Джон медленно поворачивается на голос, и Шерлок больше не удерживает его.
- Гарри, - произносит он потрясенно, - что ты говоришь?
- Правду, - спокойно отвечает она. – Правду, которую ты старательно не замечал. Неужели ты не понимал, что я любила тебя? С самого детства. Я была готова для тебя на все. Отдать свою кровь, свою любовь, свою жизнь, а ты только и делал, что предпочитал мне других. Думаешь, я забыла как ты не захотел меня? Думаешь, я не помню дурочку Бекки Дуглас в твоей постели? Кстати, это я позвонила отцу, и он прибежал с работы, чтобы всыпать тебе. Я не забыла, как ты рыдал из-за смерти этого Кларка Честертона. Вряд ли ты стал бы так убиваться, случись что со мной. Но я терпела их всех. Всех! – восклицает она страстно, и Джон в ужасе отшатывается. – Делала вид, что сочувствую тебе, переживаю, но я все помнила, и обида копилась вот здесь, - она стучит себя по груди в районе сердца. – Ты не видишь, да? – она усмехается. – Это тоже моя заслуга. От Мэри избавилась я, когда терпеть твою измену стало невозможно. Я думала, это так, легкое увлечение, ты позабавишься на стороне и вернешься ко мне. Я даже переспала с ней пару раз, чтобы понять, что в ней особенного. Ничего. Пустышка. Глупая и вздорная. Некрасивая, неумная, непорядочная. Но ты сделал ей ребенка. Как ты мог? – она опять визжит, и Шерлок находит руку Джона, чтобы сжать ее и дать понять – они вместе. – Вы ждали ребенка, а я должна была вас благословить. Может, вы рассчитывали, что я буду носить его на руках? Стану его крестной? Извини, в мои планы входил только ты. Пришлось убить и его.
- Ее, - мертвым голосом поправляет Джон, - это была девочка.
- Какая разница, - кривит губы Гарри. – Ты снова остался один, да еще и ослеп. Как я радовалась. Теперь ничто и никто не сможет разлучить нас. Но тут появилась эта чертова Сара. Она заняла мое место, оттеснила меня. Меня! Но я терпела. Терпела и ждала своего шанса. И вот он шанс, настал. Время убивать без последствий, - Гарри вновь разражается смехом, от которого Джон бледнеет, сильнее сжимая его руку. - И я убила ее. Так, как хотела. Так же, как Мэри. Обезобразила. Я была счастлива. Боже, вот теперь, думала я, все станет хорошо, так, как я хочу. Ты позовешь меня к себе, мы заживем вместе, я буду заботиться о тебе и спать по ночам в твоей постели, не украдкой, а по твоей просьбе, ведь ты поймешь, что ближе меня у тебя никого нет…
- О чем ты говоришь, Гарри? – устало прерывает ее Джон. – В какой постели? Мы никогда не спали в одной постели, ну может, только в детстве…
- Ты крепко спишь, Джон, - опять усмехается Гарри. – Ты крепко спишь и не знаешь, что по ночам я прихожу к тебе, в этом долбаном парике и этом гребаном платье давно уже мертвой женщины. Душусь ее любимыми духами, брожу по твоей квартире, воображаю, что это мы с тобой здесь живем, пьем по утрам чай, слушаем музыку, читаем книги. Я смотрю, как ты спишь, ласкаю тебя, ложусь рядом и ухожу, едва рассветет. Я добавляю в твой йогурт снотворное, Джон. Ты спишь после него, как младенец.
- За что ты убила Делайлу? – спрашивает Джон.
Шерлок видит, как трудно ему дается этот вопрос.
