Гарри крепко держит Джона и зигзауер. Шерлок так боится за Джона, что не рискует как-то помешать ей. Она слишком непредсказуема, чтобы играть с ней в «азартные игры».
- Мы уйдем из этой комнаты, а ты останешься здесь, - объявляет Гарри. – Только попробуй пойти за нами.
Шерлок молчит, напряженно наблюдая, как она продвигается в сторону двери, прикрываясь Джоном. Джон спокоен, лицо бесстрастно. Он послушно открывает дверь. Они выходят. Дверь закрывается. Шерлок слышит, как в замочной скважине поворачивается ключ, затем хлопает входная дверь. Шерлок отмирает и первым делом проверяет, есть ли у Гая пульс, не умер ли с перепугу. Есть, жив, значит, рано или поздно очнется. Дальше все внимание Шерлока сосредоточено на двери. Запасных ключей в комнате нет, но есть пара скрепок, с помощью которых замок поддается и, надсадно щелкнув, размыкается. Шерлок распахивает дверь и вываливается в пустой холл. Дверь на лестницу также предсказуема закрыта. Открывая ее тем же способом, Шерлок считает потерянные минуты. Страх за Джона готов сковать разум, но Шерлок этого не позволяет, отодвигая эмоции на задний план. Главное сейчас – догнать их, об остальном Шерлок подумает потом. Замок опять щелкает, и Шерлок оказывается на лестнице. На мгновение он замирает, решая, куда податься, вверх или вниз, но характерный скрип сверху подсказывает Шерлоку, что Гарри направилась на крышу. Умно. Проклиная эту сумасшедшую, Шерлок скачет через ступени, не обращая внимания на путающийся в ногах халат. Кажется, он сроднился с ним до второй кожи за эти несколько дней. Чердак Шерлок преодолевает в ускоренном темпе, не обращая внимания на шорох и писк летучих мышей, и замирает перед незакрытой дверью на крышу.
========== Глава 14. Драма на крыше. ==========
Шерлок смотрит на проржавевшую с облупившейся краской дверь, издевательски приоткрытую, боясь увидеть в образовавшейся щели бескрайний простор звездного неба. Запах пыли и плесени разбавляется свежестью летней ночи и легким едва уловимым сквозняком, мягким касанием скользящим мимо лица Шерлока. Шерлок зажмуривается, толкая дверь. Противный скрип ножом взрезает вязкость сгустившегося вокруг пространства. Сердце в груди бьет набатом, руки противно дрожат, вцепившись в теплый металл дверной ручки. Он почти на крыше. Нужно просто сделать шаг и открыть глаза. Так просто. Где-то там, в притаившейся звездной темноте сумасшедшая Гарри держит под прицелом Джона, слепого беспомощного Джона. Никто не знает, что они здесь. Никто не придет на помощь. Это вина Шерлока. Его самонадеянность и тщеславие. На самом деле, не так уж и сложно погнаться за преступником, спасти жизнь заложнику. Шерлок проделывал такие штуки постоянно, перепрыгивая с крыши на крышу, но сейчас страх сковывает его, парализует. И это даже не страх высоты, это страх открытого пространства, страх бесконечности. Совсем близко слышится чертыхание, звуки шагов, стон, определенно Джона, и его же сдавленное оханье, и Шерлок пугается, что сейчас Гарри просто убьет его. Или столкнет с крыши. И тогда Джона не будет – Шерлок останется один. Представить себя без Джона Шерлок уже не может. Он настолько идеально вписался в мир Шерлока, что теперь существование без него невозможно. Только не это. Тело Шерлока покрывается липким потом страха, Шерлок сглатывает, проталкивая сквозь сухое горло слюну – страх потерять Джона сильнее страха перед бесконечностью. С трудом разжав пальцы, стискивающие дверную ручку, Шерлок делает шаг вперед. Дверь с натужным скрипом захлопывается за спиной, и тогда Шерлок мужественно распахивает глаза. Бесконечная звездная тьма обнимает его, давит в своих тисках, заставляя стремительно пригнуться к нагретой за день и еще не остывшей крыше и зажмуриться. Кровь, вспениваясь, бежит по венам, словно горный поток, тошнота скопилась на подступах к носоглотке, руки, вжимающиеся в горячий скат, трусливо дрожат, а ноги вовсе не держат.
