Медленно поднимаясь по лестнице к себе, Шерлок размышляет о произошедшем только что обмороке. Да, голодные обмороки с ним случались, когда он чрезмерно увлекался расследованием и забывал о пище, но сейчас этого просто не могло быть. Он давно уже ведет размеренный сытый образ жизни из-за того, что не выходит из дома. Миссис Хадсон с ее заботой просто не позволяет голодать. Конечно, причиной потери сознания может быть что угодно, и об этом следует подумать. Однако, на самом деле Шерлока беспокоит время, которое показывали часы в терапевтической комнате, когда он очнулся. Он входит в гостиную, закрывает дверь и сосредоточенно смотрит на настенные часы миссис Хадсон, воссоздавая недавнее прошлое, картинку, запечатленную в голове. Наконец Шерлок удовлетворенно кивает, приходя к определенному выводу. Что бы ни случилось с ним, это стоит отдельного разговора с Джоном, к которому Шерлок пока не готов. Еще одного разговора. Следующий сеанс только во вторник. Он падает в кресло, придвинутое к окну. Не для того, чтобы наблюдать за Джоном (он даже шторы задергивает, чтобы не смущать своего доктора), просто в этом месте Шерлок чувствует себя комфортно. Он складывает руки в молитвенном жесте и касается губ, размышляя. Почему разговор с Джоном так задел его? Он никогда не замечал за собой склонности к сочувствию или интереса к сексуальным девиациям подростков. Почему же рассказ Джона вызывает такую бурю эмоций, теснящихся в груди? Откуда это стремление понять, утешить? С Джоном все не так, как с другими людьми: он интересен, как никто, он приятен, хотя Шерлок не может сказать этого даже о самых близких людях вроде Майкрофта и миссис Хадсон. Шерлок вновь и вновь воспроизводит в голове рассказ Джона и не понимает, в чем источник столь сильного неприятия Кларка из его студенческого прошлого, раздражения к неразборчивой беспутной сестрице. Почему глупая гулящая Бекки кажется Шерлоку исчадием ада? Что это за чувство жжет сердце, причиняя такую боль? Из достоверных источников известно, что сердца у Шерлока нет. Тогда откуда же ноющий дискомфорт слева, стоит представить юного Джона в чьих-либо объятиях? Некоторое время Шерлок вычисляет возможную судьбу Бекки, чтобы успокоиться – почти наверняка она закончила жизнь на панели или удрала с дальнобойщиком, забеременев от него, превратилась в толстую неряху и вряд ли когда-нибудь сможет привлечь к себе внимание Джона. С сестрой Гарриет даже напрягаться не приходится, эта женщина с многочисленными комплексами и проблемами хорошо известна, чтобы переживать из-за нее. А вот Кларк мог бы составить конкуренцию, окажись жив. Надо еще разобраться, действительно ли он мертв. В практике Шерлока бывали случаи, когда люди, числившиеся умершими, неожиданно оказывались живее всех живых. Тут Шерлок внезапно осознает, что думает о Кларке как о конкуренте, но это – нонсенс. Шерлок не заинтересован в отношениях со времен Себастьяна. Проклятый личный интерес – все же влечение - прав Майкрофт? Даже подсознание упорно выдает фрейдистские оговорки, путая и смущая разум Шерлока. Все дело в Джоне, его невероятном обаянии и теплоте. Он совершенно абсолютно категорически не похож на психотерапевтов, которых Шерлок повидал на своем веку предостаточно. Он все делает не так, как они: не смотрит на пациента фальшивым сочувственным взглядом (он вообще не смотрит на Шерлока), не разговаривает вкрадчиво и в то же время менторски, подспудно демонстрируя собственное превосходство. Он еще ни разу не применил в отношении Шерлока ни одной из психотерапевтических методик, уважая и принимая желание последнего не быть пациентом. Он ведет себя как друг, а не как врач, хоть и подчеркивает намерение быть полезным в этом качестве. Он ненавязчив и открыт, неравнодушен и заинтересован. Шерлок чувствует, что ниточка, протянувшаяся между ними, после обмена воспоминаниями уплотнилась даже не до состояния нейлонового шнура, а скорее превратилась в толстый и прочный канат. Они уже связаны между собой, и Шерлоку остается лишь гадать, в чем природа этой связи. Сексуальное влечение он отметает как вещь для себя неприемлемую, которой избегает его собственное подсознание, основывающееся на прошлом болезненном опыте, но альтернативы предложить не может. Каким еще может быть влечение, если не сексуальным? У Шерлока не было опыта дружбы, чтобы наложить хотя бы такие рамки на то, что происходит между ними. Но что-то определенно происходит, и Шерлок непременно желает дать этому имя. Терминологический кризис затягивается до глубокой ночи.
Утро воскресенья Шерлок встречает скрючившись в кресле для наблюдений с затекшими мышцами рук и ног, разбуженный телефонной трелью. Майкрофт звонит настойчиво, и Шерлоку все же приходится ответить.
- Неужели не ясно, если не отвечаю, значит не хочу, - бурчит он в трубку. – Для чего по твоему придумали СМС? Чтобы оставить сообщение тому, кто не желает…
- Шерлок, - прерывает его брат, - есть информация из архивов.
- О… - Шерлок замирает на мгновение, - почему ты еще не на Бейкер-стрит?
